?> Алексей Митюнин | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.

АТОМНЫЙ ШТРАФБАТ

Алексей Митюнин

Продолжение. Начало в ПЧ №5(29) – 8(32).

О работах по ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы написано и сказано очень много.

Многие эксперты сходятся во мнении, что сама эта ликвидация была катастрофична. К аварийным работам было привлечено неоправданно большое число людей, призванных выполнять, зачастую, нереальные задачи.

Сразу же после аварии в зону ЧАЭС было введено большое количество военнослужащих, в том числе солдат срочной службы в возрасте 18-20 лет. (Алексахин Р.М., Булдаков Л.А., Губанов В.А. и др. Крупные радиационные аварии: последствия и защитные меры. / Под общей ред. Ильина Л.А. и Губанова В.А. – М.: ИздАТ, 2001, с. 657). В конце мая 1986 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР принимают решение об ускорении дезактивационных работ:

«Учитывая большие масштабы дезактивационных работ, ускорить развертывание соответствующих частей и подразделений, призвать из запаса на специальные учебные сборы сроком до 6 месяцев необходимое количество военнообязанных. [...] Призыв военнообязанных осуществить сверх лимитов, установленных Министерству обороны…» (Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 29 мая 1986 г. №634-188. – Цит. по Сборник информационно-нормативных документов по вопросам преодоления в Российской Федерации последствий Чернобыльской катастрофы. Ч. 1,2. Материалы 1986-1992 гг. М., 1993, с. 21).

Таким образом, было принято решение о массовом привлечении к дезактивационным работам резервистов, не имеющих опыта работы с источниками ионизирующих излучении. В то же время, масштабы и темпы запланированных дезактивационных работ не оценивались с позиций их реалистичности и возможных дозовых затрат. (Алексахин Р.М., Булдаков Л.А., Губанов В.А. и др. Крупные радиационные аварии: последствия и защитные меры. / Под общей ред. Ильина Л.А. и Губанова В.А. – М.: ИздАТ, 2001, с. 657).

Чернобыльская АЭС

Лишь в конце 1989 года, ввиду низкой практической эффективности этих работ, тотальная дезактивация населенных пунктов была прекращена. К этому времени в дезактивационных работах приняло участие более 225 тысяч военнослужащих, а коллективная доза, полученная ими, составила около 1,5 млн. человеко-бэр.(«О ходе дезактивационных работ в районах, подвергшихся радиоактивному загрязнению» (по п. 2.4 Протокола Совещания у тов. Догужиева В.Х. 27-29 июля 1989 г. №ВД 123). Бюллетень Союза «За химическую безопасность». Сообщение ECO-HR.699, 28 апреля 2002 г.). В основном, дезактивацией занимались подразделения министерства обороны, однако, к этим работам активно привлекалась и гражданская молодежь – студенты высших учебных заведений Украины и Белоруссии. (Бердников А. Облучен по собственному желанию (сессия ценой в жизнь). Бюллетень Союза «За химическую безопасность». Сообщение UCS-INFO.60, 26 апреля 2000 г. http://www.province.ru/publishing/index - izdanie.html? get = 934571957 & number00. 17 & s = 17 & r =).

Самой же безумной идеей, в начальный период аварийных работ, было решение о форсированной очистке и подготовке к пуску 3-го, соседствующего с аварийным, энергоблока Чернобыльской АЭС. Против этого чисто политического, ничем не обоснованного решения выступали и военные, и «атомщики» и медики.(Сидоренко В.А. Замечания к причинам и следствиям Чернобыльской аварии. Энергия, №4, 2003, с. 8). Однако к их мнению не прислушались.

Надежды на выполнение задач по очистке кровель машинного зала и 3-го блока от высокоактивных материалов, выброшенных при аварии, с помощью робототехники не оправдались. Поэтому, «в связи с невозможностью применения роботов и привлечения гражданских специалистов» (Комаров Ф.И., Чвырев В.Г. Военные медики в Чернобыле. // Чернобыль: долг и мужество. Научно-публицистическая монография к 15-летию катастрофы (в 2-х томах). т. 1. М.: «Институт стратегической стабильности» Минатома России, 2001), было принято решение выполнить эти работы вручную  войнами Советской Армии. Лучшим «роботом» в век технического прогресса опять оказался советский солдат. Работая в примитивных средствах защиты, в условиях высоких радиационных полей (от 500 до 0000 Рентген в час) (Выписка из докладной записки по оперативной обстановке по войскам 912 ОГ ГО СССР о нецелесообразности восстановления 3-го энергоблока Чернобыльской АЭС, 1 февраля 1987 года (Документ №75) // Чорнобильська трагедія в документах та матеріалах. З архівів ВУЧК-ГПУ-НКВД-КГБ №1 (16) 2001. http://sbu.gov.ua/rus/history/arhiv/075_2001.shtml), 3 тысячи военнослужащих осенью 1986 года выполнили и эту задачу.(Тараканов Н. Д. Чернобыльские записки, или Раздумья о нравственности. – М.: Воениздат, 1989, с. 139-141).

Всего же, к работам по ликвидации последствий катастрофы государством было мобилизовано около 600 тысяч человек. В том числе 340 тысяч военнослужащих, из них около 24 тысяч - кадровых военных. В основном это были мужчины в возрасте 30-40 лет - здоровые, энергичные, с профессиональной подготовкой (Чернобыль: Пять трудных лет: Сборник материалов. - М., 1992). По данным кадровых органов Вооруженных сил СССР, подавляющее большинство офицеров химических, инженерных войск и гражданской обороны из округов восточной части страны участвовали в работах по ликвидации последствий аварии от 1 до 3 раз и за это время выбрали установленный предел дозы облучения (Мамчур Ю. Чернобыль: четыре года спустя. Красная звезда, 26 апреля 1990 г.).

Вместе с ними в первые месяцы после аварии работали солдаты срочной службы министерства обороны, а также молодые сотрудники милиции и военнослужащие внутренних войск МВД (для обеспечения эвакуации г. Припяти и поддержания особого режима в зоне аварии, уже в первую неделю было привлечено более 3 тысяч человек).(Смыслов Б.К. Внутренние войска // Чернобыль: Катастрофа. Подвиг. Уроки и выводы. М.: Интер-Весы, 1996, с. 381). Все они, не зависимо от возраста, выполняли радиационно-опасные работы.

Так, согласно аварийному плану, для выявления радиационной обстановки утром 26 апреля в район аварии прибыл полк гражданской обороны Киевского округа. Однако, со своими задачами, он не справился. Шесть разведывательных машин УАЗ-469рх быстро вышли из строя, т.к. личный состав (солдаты срочной службы) получил значительные дозы облучения, а сами машины - загрязнены. Да и изначально эти машины были не оборудованы для работы в таких сложных условиях – не было никакой радиационной защиты, кабины были не герметичны. (Катастрофы конца ХХ века. Материалы Центра стратегических исследований гражданской защиты МЧС России. / Под общей редакцией Владимирова В.А. – М.: УРСС, 1998, с. 17). К исходу 27 апреля весь личный состав полка был госпитализирован! (Яшкин Г. (в 1986 г. – заместитель начальника ГО СССР) Из огня в полымя. Гражданская защита №10, 2002, с. 17).

Но, пожалуй, самый вопиющий случай использования молодежи в радиационно-опасных работах произошел в период дезактивации крыши 3-го энергоблока. В связи с тем, что военнослужащие, работавшие на очистке крыши в районе 140-метровой вентиляционной трубы, получали дополнительное облучение от радиоактивных материалов, находившихся на трубных площадках, встала задача по их очистке. Генерал Н.Д. Тараканов, руководивший этими работами, в своей книге «Чернобыльские записки, или Раздумья о нравственности» так описывает этот случай: «Работы на высоте требовали физически подготовленных и мужественных людей. Немаловажную роль играл возраст. На этот раз мне запретили выполнять эти работы с солдатами (Тараканов Н. Д. Чернобыльские записки, или Раздумья о нравственности. – М.: Воениздат, 1989, с. 165).

(Продолжение следует)

Опубликовано "ПЧ" № 11-12 (35-36) июнь 2006

Запись была опубликована: glavred(ом) Пятница, 16 июня 2006 г. в 6:43
и размещена в разделе Історія ядерних катастроф.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта