?> Атомный подарок от Леонида Ильича | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.

Атомный подарок от Леонида Ильича 

Игорь СМАГА

В 1971 году в Украине, на густонаселенной Харьковщине, с личного одобрения Косыгина и Брежнева устроили открытый ядерный взрыв.

Он должен был заткнуть извержение газа – но лишь разнес по местности радиоактивную дрянь.

До чернобыльской трагедии в Украине было два ядерных взрыва, и оба санкционировало советское руководство. 28 сентября «Газета…» писала об одной из катастроф: в 1979 году в Енакиево сдвигали взрывом пласты пород, чтобы выпустить из шахты метан. Но он никуда не делся, а остатки заряда до сих пор угрожают заражением грунтовых вод. Эксперимент, о котором мы пишем сегодня, тоже провалился: и колоссальную утечку газа ликвидировать не сумели, и Харьковщину радиоактивными изотопами загадили. Населению, обреченному на онкозаболевания, даже не сказали, что происходит. Это случилось 9 июля 1971 года.

«Проверенный способ перекрыть утечку почему-то не использовали»


В 1970 году в Харьковской области было найдено месторождение газа, входящее в пятерку крупнейших в Европе. Только на скважинах возле села Крестище Красноградского района разведанные запасы примерно оценивались в 300 миллиардов кубометров.

– Тогда главное было – план, – рассказывает Василий Градюк, бывший начальник Харьковского месторождения. – Добывать 10% от разведанного объема в год. Буровики сделали 17 скважин в том районе. В одной из них – возле села Крестищи – случился выброс газа, поскольку он встретился на глубине 2 600 м, а не 3 км, как ожидали. К тому же там было сильнейшее давление – около 500 атмосфер. Трубы вылетали, как макаронины. Погиб буровик.

– Чтобы вы поняли, что такое давление в 500 атмосфер, представьте, что если сунуть голову в трубу – оторвет, – говорит академик Роман Макар, в то время замдиректора «Укргазпрома». – Пришлось зажечь факел, чтобы газ не скапливался в низменностях в районе скважины.

Газовый факел высотой в десятки метров горел почти год. Образовался обугленный кратер. В сутки он «сжирал» около 5 млн кубометров газа – этого количества хватит на весь Киев, включая промышленные предприятия. Вообще-то газовщики не церемонятся с любым ЧП, подключая даже военную артиллерию и тяжелую бронетехнику. Танки и пушки расстреливают конструкции над скважиной, мешающие работать, и в нее заливают цементирующий раствор. Но в Крестищах не получилось – сумасшедшее подземное давление вышвыривало раствор фонтаном. Хотя разломилась труба у самой поверхности, на глубине 20 м, газовики об этом не знали.

– Существует старый, проверенный метод раскапывания, – продолжает академик Макар. – Но почему-то его проигнорировали.

Никто точно не знал, что делать. Бесплодные попытки заткнуть пасть подземного дракона унесли жизни еще двоих человек.

Надеясь перекрыть скважину сдвинутым грунтом, не учли его рыхлость

Как вспоминает Василий Градюк, в Крестищи со всего Союза присылали массу инженерных проектов ликвидации выброса. Например, десятками тракторов натянуть огромную железобетонную плиту. Но газ при таком давлении все равно найдет выход на краях плиты – может, например, появиться в колодцах, подвалах жилых домов. Так что все же искали способ закачать в скважину раствор.

– И тогда в Москве решили взрывать, – говорит Роман Макар. – «Добро» получали на высшем уровне – за подписью Косыгина и Брежнева. Приехала делегация из столицы, из Министерства средней промышленности. Их сопровождали военные генералы и, конечно, работники КГБ. Весьма неглупые, кстати, генералы – хорошо разбирающиеся в физике… Их идея была в том, что атомный взрыв подвинет почву, которая перекроет скважину. Сбоку под основную скважину под углом пробурили ход глубиной почти 2 км. Не учли только, что почва рыхлая – солевые пласты.

Опыт «ядерного» тушения газовых пожаров уже был – и в Узбекистане, и на севере России. Впрочем, Роман Макар называет все те попытки неудачными. А Харьковщина – это вам не Якутия и не Узбекистан: в районе взрыва – пять сел с общим количеством населения около 1500 человек и ближайшее село Крестищи всего в 2 км от эпицентра. И хоть специалисты режимного города Челябинск-75 создали заряд с очень коротким периодом полураспада радиоактивных элементов – всего в несколько недель, чтобы избежать радиоактивного заражения местности – ударить по здоровью людей радиация успела.

«Всю атомную гадость выбросило в воздух»

– Перед взрывом людей, конечно, эвакуировали, – вспоминает академик Макар. – Оцепление держали присланные из России работники КГБ и Внутренние войска МВД. Я стоял в 30–40 метрах от скважины. Вокруг в радиусе около 200 м был насыпан 20-сантиметровый слой речного песка. Мы стояли на носочках – предупредили, что от удара может сломаться позвоночник. Мощность толчка по шкале Рихтера была 8–9 баллов. Заряд достигал 3,8 килотонн (на Хиросиму сбросили 9–11 килотонн. – Ред.). Меня подбросило несколько раз, но я не упал. Факел потух. Только собрались кричать «ура!» – он рванул снова. Примерно через двадцать секунд. И напор газа вышвырнул в воздух всю атомную гадость – изотопы, радионуклиды… Что было под землей – все поднялось наверх. Образовался дымный «хвост» высотой в километр. До этого была безветренная погода, но горячий воздух из скважины спровоцировал движение ветра, и черный «хвост» пополз в Полтавскую область.

«Пчелы лежали в нокауте…»

– Реакция московского начальства... – продолжает Роман Макар, – была… это был просто ступор… У них опустились руки. Наш, украинский руководитель – зампред Совмина УССР Александр Бурмистров – прыгнул в свою черную «Волгу» и поехал докладывать. Щербицкому, наверное. Вся московская комиссия собралась и быстро написала доклад. Что-то вроде «эксперимент оказался неудачным». А мы сели в вертолет, который нас постоянно ждал, и полетели вдоль ядерного «хвоста». Первую остановку сделали через 2 км, в Крестищах.

– Многие утверждают, что ничего особенного не произошло…

– Эти люди или не в курсе, или помнят про 15-летнюю подписку о неразглашении, которую тогда давали. И я ее давал – в здании КГБ УССР на Владимирской. Даже моя жена не знала, что происходило в Крестищах.

– Так что вы видели, полетев вдоль ядерного «хвоста» на вертолете?

– Первая остановка – через 2 км в Крестищах – обрушенные печки в каждом доме, выбитые стекла. Помню ульи, вокруг которых лежали пчелы и еле-еле шевелили лапками. В селе оглушенные лежали все – собаки, куры, валявшиеся на спине без сознания. К вечеру они ожили.

Удар был страшный. Из земли повылетали телеграфные столбы. Трасса Москва–Симферополь (8 км от эпицентра) получилась гофрированной – асфальт стал волнистым.

Через 5 км разрушения были уже меньше – в открытых окнах даже остались стекла.

– Население вернули?

– Да, люди вернулись почти сразу.

– Почему их не предупредили? Почему не выселили?!

– Учтите режим секретности. Местное начальство не знало, что взрыв – атомный.

А высшему руководству УССР и Союза было все равно.

Ликвидация ада

– Да как же вы загасили факел?

– Методом раскапывания. Сделали котлован диаметром 16 м, подбираясь к скважине. Сначала достали оттуда старые бурильные трубы (выше места разлома), а затем «надели» на остатки бурильных труб (ниже разлома) специальную трубу с заглушкой, называемой «лубрикатор».

– Как это вообще возможно?

– Это страшная работа. Двадцатью тракторами, на тросах, сантиметр за сантиметром подтянули трубу. Затем поставили ее вертикально. Затем заглубили ее и навинтили, зафиксировав поток газа. Когда газ пошел в трубу – у меня на сердце стало легче. Я понял: мы победим. Было невероятно тяжело. Работников постоянно поливали пожарные танки, иначе они не смогли бы действовать. Это кажется невозможным… Но они справились. Тем людям вообще нужно звание «Герой Украины» давать – но ныне их имена забыты…

Цифры

124 мирных атомных взрыва провели за времена СССР – с 1965 по 1988 годы – помимо военных испытаний. Из них два в Украине – возле Крестищ и на енакиевской шахте «Юнком» в 1979 году.117 из них проводились вне зон ядерных полигонов. Целью взрывов была интенсификация добычи газа и нефти, перекрытие неконтролируемых газовых фонтанов, сейсмозондирование, предупреждение выбросов метана и угольной пыли, создание подземных хранилищ атомных и прочих опасных отходов.

Очевидец

 «У нас много онкобольных» Надежда ДЗЯБУРА, председатель Крестищенского сельсовета:

– Мне было 15 лет, но я хорошо помню, как нас отселяли перед взрывом. В восемь утра всех организованно вывезли автобусами километра за четыре от наших хат. Моя семья отправилась на своей машине. Взяли с собой только документы, а живность оставили дома. Солдаты и милиция проверили каждый дом, чтобы никого не забыть. В два часа дня, через два часа после взрыва, мы были уже дома – родители беспокоились за оставленное хозяйство. Во многих домах потрескались стены, вылетели окна. Взрыв почувствовала как сильный толчок под ногами. Но никто не придал этому значения – нас предупредили, что будут взрывать, хотя что именно, конечно, не сказали. Лишь несколько лет назад мы узнали из газет о том, что взрыв был атомным. Но люди давно заметили, что в Крестищах больше всего онкобольных, чем где-либо в Харьковской области. Однако точных данных нет. До сих пор некоторые пытаются получить статус пострадавших – такой же, как у «чернобыльцев». Писали в Кабмин… Но государство отмалчивается.

Источник - Газета по-киевски

http://www.ua3000.info/articles/4/2010-11-32775.html#

Запись была опубликована: glavred(ом) Пятница, 3 декабря 2010 г. в 22:21
и размещена в разделе Історія ядерних катастроф.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта