?> АВАРИЯ НА ЧАЭС И ЕЕ МЕДИЦИНСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
31.01.2005, рубрика "Здоров'я"

АВАРИЯ НА ЧАЭС И ЕЕ МЕДИЦИНСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Член-корреспондент РАМН А.К.ГУСЬКОВА

Понятно, что крупномасштабная авария на Чернобыльской атомной станции в 1986 г., вовлекшая в свою орбиту большое число людей, и ее последствия, в частности, для их здоровья, по-прежнему занимают умы и сердца многих. И, конечно, необходимы объективная информация, компетентный ответственный анализ и конструктивные медико-социальные решения.

Какие же последствия для здоровья людей принесла авария на ЧАЭС?

Из 600 человек, находившихся на промплощадке ЧАЭС в ночь на 26.04 и утром 26.04.86, у 134-х в первые три месяца возникла и была подтверждена острая лучевая болезнь. Почти у половины (56 человек) пострадавших общие тяжелые поражения осложнялись лучевыми ожогами кожи. Двадцать восемь человек с наиболее тяжелыми проявлениями лучевой болезни ушли из жизни в первые три месяца, несмотря на чрезвычайные усилия врачей, располагавших всеми необходимыми для лечения современными средствами и опытом их применения. И, тем не менее, мировое научное сообщество - ООН - высоко оценило методы и результаты лечения. Итоги медицинских наблюдений широко публиковались, начиная с первого, весьма полного, доклада в Вене в августе 1986 г. Из указанной группы больных за последующие годы от различных причин умерли еще 9 человек. У 8 человек остаточные явления тяжелого лучевого поражения кожи требуют и ныне повторного лечения, в том числе оперативного. У больных с дозой облучения более 2,6 Гр возможны и уже возникли лучевые катаракты, в двух случаях потребовавшие операции с пересадкой искусственного хрусталика. Все перенесшие лучевую болезнь систематически наблюдаются в специализированных клиниках Москвы и Киева. При обследовании у них выявлены обычные для людей их возраста заболевания и проводится необходимое лечение. Единичные случаи выявления опухолей на самых начальных стадиях успешно прооперированы. Эти факты соответствуют и многолетнему нашему, и мировому опыту изучения больших групп лиц, перенесших лучевую болезнь.

Обратимся к прошлому

Наш опыт (Регистр клиники Института биофизики - ГНЦ РФ) охватывает данные более чем по 160 радиационным аварийным ситуациям с вовлечением в них свыше 1 000 человек, в том числе 500 больных лучевой болезнью и тяжелыми лучевыми ожогами. В регистре Уральского филиала Института биофизики также проанализированы наблюдения за несколькими тысячами лиц, в течение 30-50 лет вовлеченных в профессиональный контакт с источниками радиации в широком диапазоне доз и условий облучения, в том числе около 1 500 чел., перенесших лучевую болезнь.

Тщательно изучены последствия для здоровья населения на территориях выпадения аварийных выбросов ПО "Маяк" (сброс в реку Теча в 1949-1952 гг.), на Восточно-Уральском следе (выброс из хранилища в 1957 г.) и ареале вокруг испытательных полигонов (Семипалатинск и Новая Земля). Единственным реальным последствием на Урале в районе реки Теча было учащение числа лейкозов среди максимально облучавшихся лиц в сроки 15-25 лет (37 случаев вместо 24 возможных в этой когорте). Все указанные выше группы лиц по прекращении контакта с источниками излучения или даже после снижения мощности доз до величин порядка -2,5-5 сЗв/г спустя 1-2 года (максимально через 3-6 лет) показали отчетливое восстановление здоровья. Симптомы лучевой болезни сглаживались или полностью исчезали у подавляющего большинства из них. Лишь у 10-12% из 2 500 профессионалов, подвергавшихся более длительному облучению в дозах свыше 0,25-0,5 Гр/год, при специальном исследовании обнаруживаются некоторые лабораторные признаки - метки перенесенного облучения в картине костного мозга, крови. Сдвиги эти выявляются лишь при сопоставлении с группами сравнения и не приобретают индивидуальной значимости, то есть не позволяют считать их проявлениями какой-либо болезни у данного человека.

Характер и частота наиболее типичных для населения болезней (язвенная, гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца, остеохондроз), а также частота и причины смерти не отличаются от данных по стране и региону. Только заболеваемость некоторыми злокачественными опухолями, а в более ранние сроки - лейкозами, была несколько выше обычной у лиц, подвергшихся в первые годы работы наиболее интенсивному облучению или переболевших хронической лучевой болезнью. Минимальная пороговая величина для развития последней составляет 1,5-2 Гр.

Последствия чернобыльской аварии

Группой повышенного риска для аварии на ЧАЭС можно считать детей, подвергшихся внешнему облучению в сочетании с поступлением в организм изотопов йода. У них было выявлено многократное учащение опухолей щитовидной железы. Увеличение числа лейкозов среди населения, в том числе детей, за срок до 14 лет не обнаружено.

Поэтому устрашающие некомпетентного читателя цифры в "Комсомольской правде" № 7/98 "10 миллионов людей, пострадавших от чернобыльской катастрофы, 126 000 погибших от радиации", даже если считать их реальными, на самом деле находятся в соответствии или даже чуть ниже естественной частоты смертности населения страны (1-2% в год). Если приписать, как это делает газета, все смерти "действию радиации", то следует думать, что "облученные люди" отныне уже не болеют никакими другими болезнями и не уходят по этой причине из жизни, что, безусловно, более чем сомнительно.

Что же является основой этих спекулятивных интерпретаций фактических данных и какие реальные последствия для здоровья мы можем действительно ожидать у лиц, причастных к аварии ЧАЭС от совокупности всех других нерадиационных факторов?

Одним из источников ошибок в оценке здоровья участников аварии ЧАЭС, по медико-дозиметрическому регистру в г. Обнинске, является избирательный и изменявшийся с годами характер его пополнения, а также отсутствие достоверных сведений о состоянии здоровья этих людей в доаварийный период.

В отраслевых регистрах, там, где имеются подробные сведения о здоровье людей за предыдущие годы, основные тенденции медико-демографических показателей не выделяют по здоровью группу участников аварии из остального контингента работающих в атомной промышленности и энергетике.

Другим элементом, изменяющим картину оценки здоровья "аварийных групп", является введение в практику диспансерного наблюдения приемов исследований, ранее не применявшихся. К таковым относятся развернутые анализы крови, выявляющие скрытое малокровие или хронический лимфолейкоз, УЗИ-диагностика, обнаруживающая даже небольшое изменение объема и структуры органа, в том числе щитовидной железы, некоторые врожденные аномалии сосудов. Специальные лабораторные анализы могут выявлять у практически здоровых людей некоторые сдвиги в обмене костной ткани, функции печени, строении слизистых дыхательных путей и пищеварительного тракта. Понятно, что таких сведений у лиц, участвовавших в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, не было раньше. Как правило, обнаруживаются они лишь при обследовании в стационаре и не при обычных, а при прицельных осмотрах. Лишь в редких случаях это действительно начальные признаки каких-то обычных (не лучевых!) болезней.

Игнорирование огромного предшествующего опыта радиационной медицины, незнание типичных медико-демографических показателей страны и региона, проведение причинного анализа только в связи с облучением, а не со всеми другими весьма значимыми аварийными и поставарийными факторами риска - еще один из механизмов распространенных заблуждений. Увы, это касается не только представителей СМИ, но и многих медицинских работников и администраторов как из-за их профессиональной некомпетентности, так, иногда, и в угоду политической конъюнктуре и популистским тенденциям.

Что же на самом деле мы - в первую очередь медики - можем и должны сделать для отдельных групп лиц "из аварии ЧАЭС", каково соотношение у них различных влияний, определяющих состояние здоровья в настоящее время, чем им можно реально помочь? И что должны сделать сами люди, если они по-настоящему хотят быть здоровыми?

О первой группе пациентов мы уже говорили выше. Добавим, что при дозе облучения свыше 2,5 Гр они нуждаются в более частом и тщательном наблюдении окулиста для своевременного распознавания и лечебно-профилактических мер по поводу лучевой катаракты. Особого внимания профилактики и лечения требует состояние кожи с весьма возможными ее изменениями у лиц, перенесших общие и местные лучевые поражения второй и более тяжелой степени. Для таких пациентов важно и наблюдение эндокринолога. Своевременное выявление и лечение обычных для людей их возраста заболеваний, как правило, оказывает не только благоприятное влияние на их самочувствие, но и на объективные показатели здоровья и их психологическое состояние.

Опухоли, если изредка и выявляются, как правило, обнаруживаются на самых начальных стадиях, доступных эффективному лечению. Группа эта несомненно подверглась острому стрессу сопричастности к наиболее тяжелым этапам аварии, пережитой лично ими реальной болезни: некоторые из них, к тому же, были свидетелями ухода из жизни друзей, бывших рядом в момент аварии. Общение с подобными пациентами требует особого такта и должно стать основой их психологической поддержки в процессе адаптации к новым условиям жизни и работы.

Однако у этих пациентов очень важна личностная установка на активную трудовую деятельность, преодоление возможного сосредоточения на своем состоянии, чувство ответственности за семью, строгое следование рекомендациям врача.

Вторая группа - участники ликвидации последствий аварии (УЛПА) в 1986 г. и особенно в первые два месяца (в том числе и в "йодный период"). Эта группа отличается от остальных не только возможностью внешнего облучения сверх декретированной величины (0,25 Гр - но не более 1,0 Гр), но и тем, что работала в наиболее неблагоприятных условиях организации противоаварийных работ. Возможность выявления у них непосредственных, обусловленных действием радиации изменений в состоянии здоровья (лучевой болезни) исключается. Но их следует, по нашему предшествующему опыту, отнести к группе лиц с гипотетически повышенным риском а) развития новообразований, б) проявления психосоматических болезней или ухудшения в их течении в ближайшее время из-за стресса, усугубляемого увеличивающимся возрастом и сложностями адаптации к изменившимся условиям жизни. Повышенное внимание к ним не должно становиться аргументом их "обреченности". Социальная активность и простые оздоровительные меры, принимаемые ими самими - залог их долгого трудового долголетия.

Третья группа - УЛПА более поздних сроков работы на ЧАЭС - после 1988 г. (за исключением очень ограниченной группы ученых-исследователей саркофага). По уровню воздействия радиационных факторов она может считаться контрольным контингентом (не более 5-10 сЗв суммарно за длительные сроки работы). Изменялась в это время к лучшему и система организации проведения работ. Для лиц этой группы характерны более длительные периоды пребывания на АЭС, иногда вахтовый режим работы, а также особая значимость поставарийных стрессогенных и социальных влияний.

К последним относятся неадекватное тяжести последствий законодательство 1990 г., систематическая психотравма, наносимая СМИ, сложности трудоустройства, экономические трудности, неудовлетворенность социальных притязаний. Эти факторы являются ведущими, они сказываются на нервно-психическом здоровье пациентов. А отсутствие адекватной оценки ситуации врачами и самими пациентами порождает неэффективность "оздоровительных" мер.

Четвертая группа - население регионов, с опозданием отселенное из тридцатикилометровой зоны или даже оставшееся в зонах повышенного облучения. Доля таких лиц в общей численности "пострадавшего" населения относительно невелика (не более 5-10%), регионы четко локализованы (Брянская область России, Гомельская - Беларуси - особенно).

Преимущественно этим ограниченным контингентам должно быть адресовано повышенное внимание при оценке состояния их здоровья с особой онкологической настороженностью. Это касается, в первую очередь, лиц, бывших в момент аварии детьми и подростками. Им также необходимо рациональное просвещение и терпеливое воспитание с адекватным ранжированием всех неблагоприятных влияний на здоровье и мероприятиями по их снижению. Там, где все эти обстоятельства правильно оцениваются, а население активно участвует в преодолении всех факторов риска, имеются реальные положительные сдвиги в оздоровлении людей и нормализации обстановки в регионе.

У остальной части населения (пятая группа) с минимальным имевшим место и прогнозируемым уровнем радиационного воздействия (даже без изменения места проживания после 1989-1990 гг.) поставарийный информационный хронический стресс должен быть признан ведущим неблагоприятным фактором для их здоровья, отличающим их от остального населения.

Вал газетно-телевизионных публикаций о "губительном влиянии" любых доз радиации, "обреченности" лиц, причастных к аварии, привел к формированию у огромного числа людей психологии социальной пассивности "пожизненных жертв общества" и "злого умысла ведомственных специалистов". Средства информации подобного типа безусловно нанесли этим людям непоправимый вред. Они направили их внимание на поиск ложных связей состояния здоровья с облучением и соответствующих льгот за "ущерб" - вместо квалифицированной диагностики подлинных и эффективно лечимых болезней. Это не стимулирует их социальную активность и занятость, направленность на борьбу с реально неблагоприятными влияниями на здоровье (алкоголь, курение, гипокинезия, нерациональное питание и др.). Людям этой группы часто трудно помочь, поскольку сложившийся у них стереотип конфликтного поведения прочно зафиксировался и уже не может быть преодолен адекватной квалифицированной информацией. В то же время властные структуры не принимают своевременно рациональных, иногда вполне доступных мер социально-экономической помощи в разрешении реальных трудностей быта, не направляют в медучреждения для лечения истинных болезней.

Льгота не за болезнь, а за причастность к определенным этапам аварийных работ, столь значимых для судьбы страны, оздоровила бы психологическую среду в этих группах лиц. Льготы же за болезнь должны быть аргументированы наличием прямой ее связи с действием радиации, что относится, преимущественно, к лицам первой группы.

Таким образом, очень важно учитывать наличие описанных выше различающихся контингентов. Весьма ограниченные ресурсы общества следует направить на помощь по профилю, наиболее адекватному совокупности факторов риска у каждой из этих групп. Нужно помочь им, пока еще не поздно вернуть этих людей семье, обществу, продлить их трудовое долголетие. Свидетелями такой судьбы мы были у сотен больных, перенесших лучевую болезнь, и тысяч - участников постоянных нештатных ситуаций периода становления атомной промышленности страны в 50-е гг. В первую очередь это стало возможным благодаря их доверию к нашим рекомендациям и их активному участию в своем оздоровлении.

Поэтому нужно:

- вернуть доверие чернобыльцев к рациональным рекомендациям, исходящим от специалистов с наибольшим опытом в области радиационной медицины;

- адекватно ситуации изменить существующее законодательство, исправить присущие ему дефекты, усугубляющие социальную несправедливость;

- принять меры, действительно способствующие оздоровлению, социальной реабилитации и подлинной, а не ханжеской психологической поддержке людей, вовлеченных в крупномасштабную аварию;

- самим участникам ситуации надо радикально изменить самооценку здоровья и правильно ранжировать все факторы, которые могут на него неблагоприятно влиять. Вместе с врачами следует активно сотрудничать в адекватных реабилитационных мероприятиях, уйти от неоправданных конфликтов, не отделять себя от окружающих чертой заведомой обреченности и ожидания помощи только извне.

Журнал “Энергия», №4, 2000г.
http://chernobyl.onego.ru

Опубликовано «ПЧ» № 1(13) январь 2005

Запись была опубликована: (ом) Понедельник, 31 января 2005 г. в 18:34
и размещена в разделе Здоров'я.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта