?> Феликс ХЛЫСТОВ | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
24.03.2007, рубрика "Спогади"

БТР генерала Хлыстова

Хлыстов

Хлыстов Феликс Михайлович родился в 1938 году в г. Кировограде, в семье военнослужащего. После окончания   в 1961 году Киевского политехнического института  работал в тресте «Востокэнергомонтаж» мастером, прорабом, старшим прорабом на монтаже электростанций в городах Иркутске, Ангарске, Усолье-Сибирском,  Ермаке Павлодарской области. С 1969 года работает в тресте «Южтеплоэнергомонтаж» старшим прорабом, главным инженером Трипольского монтажного Управления, начальником производственного отдела, заместителем управляющего трестом «Южтеплоэнергомонтаж», заместителем генерального директора.  В настоящее время – член наблюдательного совета ОАО «Южтеплоэнергомонтаж».

Имеет правительственные награды: орден Трудового Красного Знамени, пять медалей, Грамоту Президиума Верховного Совета УССР, звание Почетный энергетик СССР, Почетный энергетик Украины.

Публикуем его воспоминания, касающиеся событий 1986 года на Чернобыльской АЭС.

 

Посвящается светлой памяти участникам ликвидации  последствий аварии на Чернобыльской АЭС, безвременно ушедшим из жизни:

Валентину Дмитриевичу Абрамову – начальнику Припятьского  монтажного управления треста «Южтеплоэнергомонтаж»;

Радченко Марии Михайловне – крановщице реакторного отделения ЧАЭС (Бывшей работнице Припятьского  монтажного управления треста «Южтеплоэнергомонтаж»);

Шполянскому Леониду Борисовичу – заместителю начальника Чернобыльского  монтажного управления треста «Южтеплоэнергомонтаж», организатору сварочных работ на АЭС;

Ануфриеву Ивану Михайловичу – заместителю начальника  Западно-Украинского монтажного управления треста «Южтеплоэнергомонтаж»,

Людям абсолютно разным по характеру и по специальностям, но одинаковым по желанию помочь Человечеству.

 

26 апреля 1986 года произошло событие, которое разделило историю нашего Союзного Государственного монтажного треста «Южтеплоэнергомонтаж» на «до…» аварии на ЧАЭС и «после…» аварии.

Основное и вспомогательное оборудование реакторного отделения, машинного зала и всех вспомогательных сооружений Чернобыльской АЭС было смонтировано специалистами нашего треста, треста, которому в этот трагический год исполнилось 60 лет со дня его основания, а в этом году исполняется 78 лет.

 «До…»

Десять тысяч высококвалифицированных специалистов треста, которые готовились в шести базовых профессионально-технических училищах (в Киевском энергетическом техникуме, в Днепропетровском сварочном техникуме, в учебном комбинате треста) и проходили практику, повышали квалификацию и работали на монтаже тепловых и атомных электростанций. Инженерно-технические работники – выпускники Киевского политехнического института и других технических ВУЗов Советского Союза – руководили монтажными работами.

Этими специалистами было смонтировано 10 блоков мощностью по 300 Мвт на Криворожской ГРЭС-2, 12 блоков по 200 Мвт каждый на Бурштынской ГРЭС, 6 блоков по 300 Мвт на Ладыжинской ГРЭС и столько же на Трипольской ГРЭС, 4 блока по 300 Мвт и 3 блока по 800 Мвт на Запорожской ГРЭС. В 1973 году трест начал монтаж оборудования атомных электростанций: Армянской, Ровенской, Южно-Украинской, Чернобыльской и Запорожской АЭС.

Это только перечень крупных ТЭС и АЭС. Были городские теплоэлектроцентрали, теплоэлектроцентрали промышленных предприятий металлургической  и пищевой промышленности, все электростанции республики Молдова. Оказывали помощь на монтаже оборудования  ТЭС и АЭС в России «от Москвы до самых до окраин». И, кроме того, наши специалисты работали в Греции, Иране и Ираке,  Бангладеш и Индии,  Болгарии и Кубе, Румынии и  Алжире, Германии и тогда еще Чехословакии, Финляндии и Венгрии. И показывали  везде высокое качество и профессионализм.

Великий строитель ХХ века Рем Германович Хенох в своей книге «Стройка, которая была» дал высокую оценку руководству треста, и, соответственно в их лице оценку всем специалистам треста: «На Ладыжинской ГРЭС, когда там пустили в год пять энергоблоков, событиями руководила группа талантливых монтажников – Н.К. Антонщук, А.И. Заяц, А.А. Полозов, А.И. Христенко – которые создали поток на монтаже блоков, определяющий всю идеологию строительства станции…»

«После…»

 И вот наступило 26 апреля… Трудно себе представить последствия аварии, если бы не наши специалисты, особенно в начальный период, до прихода основных сил Минсредмаша СССР и других министерств.

Из различных  источников, кроме официальных, мы узнали о случившемся на ЧАЭС. Более полную и объективную  информацию получили после 22.00 26 апреля 1986 года, когда заместитель управляющего трестом Токаренко В.П., находившийся во время аварии на ЧАЭС, вернулся  в Киев. Приехал он на своей «Волге», под колесами и в салоне было очень много «грязи». Решили, что 27.04.86 г. рано утром он вместе с Антонщуком Н.К. уедут той же грязной “Волгой” на ЧАЭС.

Мы с главным инженером треста Заяц А.И. начали готовиться к предстоящей работе, еще не зная, что нам надлежит делать. Мы организовали в здании треста штаб с круглосуточным дежурством ответственного работника производственного отдела, освободили все общежития треста для возможного приема людей из Припяти, составили график командирования групп, предназначенных для координации действий пяти монтажных управлений Киевского региона, в состав которых входили: руководитель группы – один из первых руководителей треста, наладчик, работавший и знающий ЧАЭС, инженер технологического института «Энергомонтажпроект», работник производственного отдела  и дозиметрист. На автобазе треста оснастили десять автомобилей КАМАЗ дизельными сварочными агрегатами, монтажным инструментом, включая баллоны с кислородом и пропан-бутаном, спецодеждой, электродами и др. Дали задание начальникам управлений Киевского региона выехать небольшими группами в район Чернобыля для определения расположения специалистов, которые будут принимать участие в ликвидации последствий аварии.

Сначала были вертолеты: грузили песок, свинец и засыпали реактор. А вообще была неразбериха. Трудно было представить масштабы аварии и, соответственно принять правильное решение. Как пример: ночь 28.04.86 г. в штаб позвонили по телефону из Чернобыля и сказали, что срочно необходимо изготовить два кольца из трубы диаметром 426 мм с тросовой подвеской для вертолета и штуцерами для присоединения пожарных шлангов. Размеры продиктовали по телефону. Этот заказ был передан в Трипольское монтажное управление, и  уже в восемь часов утра кольца были изготовлены и машиной отправлены в Чернобыль. Предполагалось, что эти кольца будут подвешены к вертолету, шлангами подсоединены к пожарному водопроводу и будут лить воду в реактор. Этого не случилось и эти кольца еще долгие годы, как памятник растерянности и непредставления ситуации, лежали на взлетном поле Чернобыльского аэродрома.

5 мая я с командой из 7 человек выехали в Чернобыль на смену группы, которой руководил Заяц А.И.. Выехали в неизвестное, в «радиацию», о которой слышали, но ни как не могли представить, что это такое.

Передача дел была короткой. Получил основное задание – монтаж трех насосных станций для откачки ливневых вод из г. Припять и с промплощадки ЧАЭС в хранилище жидких отходов на блоке №5, для чего необходимо было смонтировать шесть погружных насосов и 12 км труб диаметром 219 мм. Проекта нет, труб и насосов нет, а срок окончания работ записали 8 мая.

6 мая вместе с первым заместителем министра энергетики СССР Макухиным А.Н. поехали осмотреть трассу и место строительство насосных станций. Нам представилась ужасная картина: город Припять пустой, людей нет, на перекрестках  работают светофоры… Затем проехали на ЧАЭС, и я впервые своими глазами увидел весь ужас случившегося. Груди бетона, искореженных труб и металлоконструкций. Все то, что с такой тщательностью было смонтировано нами, лежало в бесформенной куче. Эта картина запомнилась на всю жизнь.

Во время всей поездки в разных местах на территории станции и в г. Припять я записывал показания  уровней радиации, что в дальнейшем очень пригодилось при организации работ. Так, в г. Припять  была радиация: возле кафе «Припять» 1-1,5 р/час, возле теплиц 80-90 мр/час, а на территории ЧАЭС в районе пожарного депо до 1 р/час. На обратном пути Макухин предложил, чтобы я вечером дал ему график работ со сроком окончания 8 мая, так как 9 мая обещали ливневые дожди. На мое возражение, что мы не сможем вложиться в этот срок, т.к. насосов нет, труб нет, обсадные трубы для установки погружных насосов не готовы, Макухин А.Н. мне ответил, что завтра, т.е. 7 мая, утром будут насосы и трубы и, если мы не уложимся в срок, его (Макухина А.Н.) уволят, а меня отдадут под суд.

И в самом деле, утром 7 мая на площадке строящегося завода «Генератор», где мы соорудили плазы для сборки труб в плети, стояло 15 автомашин с трубами, 2 автомашины с погружными насосами и в течение целого дня подходили машины с трубами.

В середине дня к нам на площадку приехал первый заместитель министра энергетики СССР Садовский Станислав Иванович, в министерстве он отвечал за капитальное строительство. Высококвалифицированный специалист, гидростроитель он сразу же захотел осмотреть все на месте. И мы снова поехали с ним по вчерашнему маршруту. После осмотра он ознакомился с графиком, вчера утвержденным, и спросил, какой реальный срок окончания работ я могу назвать. 14 мая был срок, названый мной. Садовский С.И.  достал свою записную книжку, написал в ней дату «12 мая» красными чернилами, спросил, что мне надо для выполнения этой работы в срок и предложил расписаться под этой датой. Я ему ответил, что для выполнения этой работы в срок необходимо, чтобы нас никто не отвлекал на другие работы, для перевозки рабочих в Припять и на ЧАЭС постоянно нужен БТР, и спросил, почему я должен расписываться красными чернилами. Он ответил: красные чернила – это все равно, что ты расписался кровью, не отвлекать не обещаю, могут быть другие более важные задачи, и, взяв бортовой журнал БТРа, который предназначался министру (бортовой номер 893), сделал запись: «В распоряжение генерала Хлыстова». После этой записи я, а в последствии все ЮТЕМовцы, привозили в автобусах работников на площадку в с. Копачи, где производилась пересадка их в БТРы для доставки на территорию ЧАЭС, подполковник Константинов, старший на этой площадке, выделял нам столько бронетранспортеров, сколько было необходимо.

БТР

Работа кипела полным ходом. Стыковались и сваривались в плети трубы, готовилась техника для доставки их в г. Припять и на промплощадку ЧАЭС, на хранилище жидких отходов блока №5 вели обвязку емкостей трубами. 9 мая необходимое количество труб  для ливнестоков г. Припять было собрано.

На утро 10 мая началась погрузка труб на опоровозы и построение всей колонны в районе площадки сборки блоков на заводе «Генератор». Колонна состояла из трех звеньев. В каждое звено входило: КАМАЗ, на борту у которого было два дизельных сварочных агрегата, две будки с инструментами, кислородом и пропан-бутаном, два опоровоза с трубами и одного автомобильного крана. К 12 часам в таком порядке выстроилась колонна. Замыкали колонну два БТРа с рабочими и дозиметристами.

Перед выездом я собрал руководителей звеньев и провел инструктаж: двигаться со скоростью 30 км в час, в первом КАМАЗе буду я, при  подходе к «Факелу» (стела с наименованием ЧАЭС) первый КАМАЗ отрывается и на максимальной скорости проходит до путепровода над  железной дорогой (радиация в этом районе достигала 20 р/час), все остальные делают тоже самое, за мостом  в г. Припять я останавливаюсь, а два звена идут по ул. Дружбы народов к кафе «Припять», а третье к теплицам. Настолько четко была выполнена операция, просто удивительно! Это говорит о высокой дисциплине исполнителей.

 После разъезда техники в заданные районы, трубы были разгружены, дозиметристы сразу же сделали карту дозиметрической обстановки. Опоровозы начали растаскивать трубы по трассе и сразу их стыковали и сваривали. В этот же день начали развозить трубы от ряда «А» главного корпуса блока №5 до хранилища жидких отходов.

По предложению наладчиков нашего треста был использован трубопровод обратной воды отопления г. Припять от ЧАЭС, т.е. от автостанции в г. Припять до пускорезервной котельной на ЧАЭС и от ПРК до главного корпуса блока №5 использовали существующие трубопроводы. Тем самым объем работ был сокращен примерно на семь километров.

13 мая все работы были закончены. Срыв срока на сутки был оправдан, т.к. была команда срочно укрупнить в блоки и вывести на территорию ЧАЭС трубы для подачи азота под реактор, на что ушло ровно сутки.

Это было начало. Предстояла еще очень большая и сложная работа, а именно: разделительная стенка по 36 оси машзала и 41 оси реакторного отделения и вспомогательных  сооружений реакторного отделения, хранилище отработанного ядерного топлива с эстакадой трубопроводов до главного корпуса, насосные станции вдоль пруда охладителя, ПУСО (пункты универсальной санитарной обработки) в Дитятках, Россохе, Диброве, подготовка блока №3 к работе  в зимних условиях – временное отопление реакторного отделения и машзала на блоках №1-3, капитальный ремонт блока №1 – ремонт водоопускных уравнительных  трубопроводов реактора, монтаж трубопроводов охлаждения плиты реактора, передвижные котельные с мазутохозяйством на пускорезервной  котельной, котельная для столовой  «Голубые дали» и котельная для отопления г. Чернобыль, сооружение вахтового поселка «Зеленый мыс» - котельная, теплотрассы, водоснабжение и канализация, очистные сооружения и другие работы. Был город Славутич. И снова котельные, теплотрассы, теплопункты…

Но все это было потом, когда оценили масштабы катастрофы, когда «привыкли» к радиации, научились работать в зоне ионизирующего излучения, когда пришли организованные силы министерства среднего машиностроения СССР и других министерств, когда «молодую» армию сменили резервисты со всего Союза, когда организовали нормальные условия для проживания вахтового персонала и отличное питание и, особенно, когда работы, порученные министерству энергетики СССР, возглавил молодой, энергичный заместитель министра энергетики и электрификации  СССР по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС Корсун Юрий Николаевич, опытный руководитель и организатор производства, за плечами которого были такие стройки-гиганты как Запорожская, Углегорская ГРЭС и др. и который сразу же завоевал  авторитет и уважение не только среди работников Минэнерго СССР, но и среди других министерств, принимавших участие в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС.

Феликс ХЛЫСТОВ

 Опубликовано «ПЧ» № 6 (54) март 2007

Запись была опубликована: glavred(ом) Суббота, 24 марта 2007 г. в 8:00
и размещена в разделе Спогади.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

На сообщение "Феликс ХЛЫСТОВ" 2 комментария

  1. Галина Николаевна Смаева сказал(а):

    Спасибо большое! Как важно знать это!

  2. чирва сказал(а):

    Крик души Открытое письмо пенсионеров-ветеранов строителей, монтажников, эксплуатационников и ремонтников к генеральному директору Ровенской АЭС Колисниченко М.И., заместителю генерального директора по кадрам Гошовскому Р.В., председателю профкома Гнатюку О.М.
    В декабре 2010 года на Ровенской АЭС отмечались две значимые даты: 10 декабря в Доме культуры состоялось празднование по случаю продления жизни на 20 лет 1 и 2-го блоков. 19 Декабря состоялись торжества в том же Доме культуры по случаю 30-летия пуска энергоблока №1 Ровенской АЭС. Звучал Гимн Украины, были приглашенные: заместитель министра энергетики, президент НАЭК «Энергоатом» Ю.Недашковский, почетные гости В.Коровкин, бывший начальник управления строительства РАЭС И.Смоктий. Дом культуры был переполнен, многие зрители стояли, в том числе были и пенсионеры-ветераны. Спасибо Смоктию И.П., который предложил подняться всем, кто участвовал в строительстве, монтаже и пуске 1 блока РАЭС. Увы, их было совсем мало, да и неизвестно, как они попали на торжества, ведь их не приглашали. Господин Гошовский Р.В. и его приближенная госпожа Цыцатая В.П., директриса Дома культуры, недоумевают и не могут понять, как могли попасть и присутствовать на этих торжествах незваные гости. Были поздравления, были награды, были праздничные приказы и в приложении для их закрепления большие оклады по два и три, кто сколько заслужил, и кто сколько лизал тех от кого зависили их оклады. В числе награжденных пенсионеров-ветеранов нет. Мы не заслужили даже единого слова благодарности из уст генерального директора Колисниченка М.И. и в его праздничных приказах, зачитанных Ковалем В.И. Мы, ветераны-пенсионеры качественно построили I и II блоки, мы качественно смонтировали турбогенераторы и реакторы, сохранили блоки целыми и невредимыми. Благодаря нашей качественной работе, эксперты дали заключение о продлении жизни I и II блокам еще на 20 лет после 30-лет эксплуатации. Так неужели мы не заслужили ни единого слова благодарности от руководства станции. Мы нелюди, быдла. Позор вам и ганьба. Вы допустили серьезную аварию 22 сентября 2009 года на III блоке. Хотели скрыть от общественности и не только. Об этом сообщил в газете Главный государственный инспектор с ядерной безопасности Украины Михаил Гашев. Вы скрыли отказ автоматической системы безопасности и включили ее в ручную. Произошел прорыв I контура и выброс теплоносителя в гермозону. Аварийная система безопасности была включена вручную. Персонал получил незапланированные дозы облучения и его численности было недостаточно, для ликвидации последствий аварии, для этого помогали ремонтники Запорожской и Хмельницкой АЭС. На вас надо заводить уголовное дело,а вы себе цепляете награды и оклады с пятизначными числами, а может и шести. Еще раз вам позор и ганьба.
    Когда болел Фридман Н.А. мне рассказывал председатель профкома Гнатюк О.М., что тогда было на Ровенской АЭС четыре генеральных директоров. В настоящее время официальным директором утвержден Колисниченко М.И.. Но главный здесь не он, а заместитель генерального директора Гошовский Р.В.. Все об этом знают, даже в «Душе»,где пьют водку на разлив на базаре.
    13 Января был совершен поджого заместителя генерального директора господина Гошовского. Жалко, что постраждали квартиры соседей. Доработался господин Гошовский, «докерувався», дообогощался. Деньги на бочку, а совесть куда? У вас наглости хватило, своими нечистыми руками залезть в мой целлофановый пакет, с которым я был на торжествах. Вместо бомбы вы обнаружили Грамоту от мэра Коровкина В.А. по случаю моего юбилея – 70 лет. Судя по взаимоотношениях руководства и председателя профкома Гнатюка О.М. с членами профсоюза – можно вычислить, кого следующего подожгут, кто будет следующей жертвой. Господа Колисниченко и Гошовский устроили себе беззаботную жизнь, они установили железный занавес между собой и ветеранами-пенсионерами. У них нет приемных дней: у одного – с апреля, а у другого – с августа 2011 года. С ними нельзя пообщаться даже на «муравейнике» – для нас вход туда строго закрыт – приказ Гошовского: не пускать. Им пенсионеры-ветераны не нужны, они свое дело сделали, пусть отдыхают и не мешают. Мы не заслужили путевок в профилакторий в 2010-2011 году, нам выделяют мизер путевок в санатории, нам нет никаких льгот при посещении сауны и плавбассейна «Энергетик», путевок на Белое озеро. Где наш председатель профкома господин Гнатюк О.М.? Чем же он занимается? Главный защитник наших интересов. Что нам этот профсоюз дает? И зачем мы платим профсоюзные взносы, чтобы содержать профсоюзное руководство и обеспечивать им безбедное существование. Он четко ведет учет профсоюзных взносов и обеспокоен потерей доверия к нему, к его профкому и за это его члены профсоюза покидают и уходят в независимые профсоюзы. Времена четкой работы у руля Коровкина В.А. и Фридмана Н.А. (покойного) прошли. Был порядок и дисциплина, было уважение к руководству. А теперь наступил хаос. Три дня, трое суток работники участка ТТО пили не выходя со станции, их выносили на носилках и не наказывали. Вывод один: или они незаменимые, или же хорошего хабаря дали тому, кому надо.
    От имени и по поручению ветеранов-пенсионеров: Чирва Вадим Федорович,1940 г.р. 42 года непрерывного стажа в энергетике, ликвидатор ЧАЭС I кат., инвалид II гр.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта