Любимые женщины Сергея Есенина
(Рассказ-легенда)
Кто кончил жизнь трагически,
Тот истинный поет…
Один шагнул под пистолет,
Другой же в петлю слазил в «Англетере…»
В. ВЫСОЦКИЙ
(Продолжение. Начало в „ПЧ” №2-6).
По приезду в Берлин, они были приглашены в «Дом искусства» для выступления перед русской эмиграцией, а также перtд собравшимися артистами, поэтами, журналистами и прочими.
Когда они с Дункан вошли в зал выступал Алексей Николевич Толстой (1883—1945, поет, прозаик, русско-советский знаменитый писатель, трижды лауреат Сталинской премии) с рассказом о трагической смерти великого русского поэта Н.Гумилева, который из-за своей дворянской чести, не участвуя в заговоре против Советской республики, не посчитал нужным объясняться со следователями ВЧК и был расстрелян. Свое выступление Толстой кончил стихами Гумилева:
Что делать мне любимая с тобой,
Что делать мне с бессмертными стихами?
В зале, при виде четы Дункан-Есенин, поднялся крик, шум от стука ног, часть собравшихся, — сторонники новой России запели «Интернационал», в то время бывший официальным гимном РСФСР, другие начали свистеть, кричать. Есенин вскочил на стул, засунул в рот три пальца и так сильно засвистел, что перекрыл шум в зале, а затем закричал: «Я не позволю вам, как поэт, смеяться над собой и Советской Россией».
Выждав, начал читать стихи:
Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым.
Увяданьем золотом охваченный,
Я не буду больше молодым.
Шум в зале стих и публика стала слушать его с вниманием, а когда он прочитал следующий стих, а читал Есенин свои стихи с потрясающей силой: «Выткался над озером алый цвет зари…», весь зал уже лежал у ног поэта. На «бис» он прочитал стихотворение «Песнь о собаке»:
Утром в ржавом закуте,
Где златятся – рогожей в ряд,
Семерых ощетинила сука,
Рыжих семерых щенят…
А когда чуть плелась обратно,
Слизывая пот с боков,
Показался ей месяц над хатой,
Одним из ее щенков.
Большой круг публики в Берлине, после успешного концерта им заинтересовался, и поэт написал по заказу журналистов газет свою автобиографию:
«Я сын крестьянина. Родился в 1895 году 21 сентября в Рязанской губернии Рязанского уезда Кузьминской волости. За годы войны и революции Россию я исколесил вдоль и поперек… Самые лучшие поклонники нашей поэзии проституки и бандиты. С ними мы все в большой дружбе. Коммунисты нас не любят по недоразумению.
За сим всем читателям моим нижайший привет и маленькое внимание к вывеске «Просят не стрелять»… Книги моих стихов» «Радуница», «Голубень», «Пугачев»… сейчас работаю над большой вещью «Страна негодяев». 1922 года, 14 мая, Берлин, С.Есенин
При луне хороша одна.
При солнце зовет другая.
Не пойму я, с какого вина
Захмелела душа молодая?
А.М.Горький
17 мая в Берлине состоялась широко известная встреча М.Горького и четы Дункан-Есенина, посредником встречи были А.Н.Толстой и его жена Наталья Крандиевская-Толстая (1888—1963гг., известная русско-советская поэтесса, жена А.Толстого в 1917-38 годах, разведенная с ним по указанию вождя, и находилась в «домашней» ссылке, без права писать и печататься до 1956 г.)
Зовите меня на Есенина, интересует меня этот человек, — в свои усы, по-волжски, окая, произнес Горький. Семья Толстых устроила обед, и пригласили Есенина-Дункан.
Как писал Горький: «Айседора быстро захмелела, ей щедро подливал Алексей Николаевич водку в стакан, рюмок она не признавала. «За русски революсс!» — шумела Дункан, Горький чокался, хмурился, шептал Наталье: «Эта пожилая барыня расхваливает русскую революцию, как театрал – удачную премьеру. Это она зря!» Затем Дункан танцевала, после обильного обеда и выпивки нелепо прижимала к отяжелевешей груди букет мятых цветков с застывшей улыбкой на опухшем и раскрашенном лице.
Есенину было не по себе глядеть на ее нетрезвые движения.
Сыпь, гармоника. Скука… Скука…
Гармонист пальцы льет волной.
Пей со мной, паршивая сука,
Пей со мной.
Излюбили тебя, измызгали –
Невтерпеж.
Что же ты смотришь, так синими брызгами?
Или в морду хошь?
Я средь женщин тебя не первую…
Не мало вас. Но с такой…
Этот стих Горький связывал только с Айседорой Дункан, а о ней писал: «Эта знаменитая женщина, прославленная тысячами эстетов Европы, рядом с маленьким, как подросток, изумительным рязанским поэтом, являлась совершенейшим олицетворением всего, что ему было не нужно».
Страницы: 1 2
