?> Лара Росса | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
24.03.2013, рубрика "Проза"

Полынь-трава в меню украинки

Публицистическая повесть

Продолжение

Глава тридцать седьмая

Следующий, 1981 год. Для строительства Чернобыльской атомной станции был знаковым.

Чтобы читатели ощутили это и вспомнили все, рассказанное ранее именно о станции, а не о своей жизни, я решила вернуться к хронологии. Она – далеко не скучный экскурс, - за датами и числами стоят человеческие судьбы. И даже противостояние жизни и смерти.

Постановление о строительстве станции было принято29 сентября1966 года. Ее общая мощность должна была стать 11, 9 млн.кВт! Научным руководителем проекта был назначен институт атомной энергии им. Курчатова, а главным конструктором – научно-исследовательский и конструкторский институт энерготехники Министерства среднего машиностроения СССР.

Для строительства была выбрана площадка возле села(!) Копачи Чернобыльского района Киевской области, как наиболее пригодная для этого после анализа16 разных участков. Она располагалась на правом берегу реки Припять в 12 километрах от Чернобыля.

Строительство станции было начато в 1970 году трестом Южатомэнергострой, который уже в мае этого же года начал работы по подготовке котлована под 1-й энергоблок. Одновременно со строительством станции было начато строительство нового города энергетиков Припять спутника станции.

На то, чтобы построить и пустить первый блок Чернобыльской АЭС, ушло семь лет. Первый блок был введен в действие в сентябре 1977 года, второй – в январе 1979, третий и четвертый – соответственно в январе 1981 и 1983гг. Может, интересно и то, что первый кубометр бетона был заложен в фундамент главного корпуса Чернобыльской АЭС 15 августа 1972 года. Я всегда чувствовала волнение, когда пересматривала эти даты. Наверное, как и каждый припятчанин, ведь это – часть, и не маленькая, нашей жизни.

Именно в 1981 году, задолго до пуска последних энергоблоков, возникла идея сооружения пятого и шестого блоков станции. В 1981 году были начаты строительно-монтажные работы, и на январь 1986 года планировался пуск пятого энергоблока.

Кроме того, надо добавить, что не все было легко и просто. Существовали трудности разного характера. Например, со снабжением материалов и оборудования. Иногда не были вовремя согласованы действия разных организаций и ведомств. Вообще то, это отдельная и тяжелая тема для разговора, потому, что касается аварии.

Зима и весна этого же года для меня лично были сложными.

Как то в гололед я упала, и очень неудачно, прямо на живот. Слава Богу, все обошлось. , обследования показали, что ребенок не пострадал. Большого внимания требовали старшие дети. Сын учился хорошо, а в дочери проявился талант к живописи, который в будущем и привел ее к профессии художника. При Доме культуры в Припяти была открыта изостудия, и я с радостью отвела туда свою малышку. Через пару лет работы детей этой изостудии были отправлены на Европейскую выставку в Лейпциг, где в номинации по живописности работа моей дочери заняла первое место. Я думаю, сказалась наследственность, ведь по матери в предыдущем моем поколении было несколько художников. Мой же прадед расписывал церкви, и, к сожалению, погиб, упав с высоты. И, конечно, не пропали даром мои усилия: я постоянно чем-то занималась с малышами, пробуя найти им призвание.

Мне уже тяжело было работать из-за постоянных разъездов. В редакции были, конечно, разочарованы этой ситуацией, ведь пришлось искать мне на замену человека, ну, а я никогда не пользовалась привилегиями или снисхождением ввиду моего положения. Тем более, что работа меня захватывала.

В самом конце мая у меня родилась дочь.

Помню ярко и отчетливо, как ее принесли мне первый раз. Крохотный дышащий сверток новой жизни. Опустили мне в руки, а я, чуть не заплакав от радости, ощутила ее тепло и беспомощность.

К сожалению, именно в этот год между мной и мужем пролегло какое-то отчуждение. Внешне все было, как и прежде, но я чувствовала, что что-то изменилось и уже как прежде не будет никогда.

Глава тридцать восьмая

Человеческая жизнь – как река: привычное ее течение на каком-то этапе сменяется бурным, порогами и водоворотами. И вот, когда приходится преодолевать темную полосу жизни, по особенному воспринимаются подарки судьбы. Конечно, именно сам человек готовит почву для плохого или хорошего в своей жизни, ну, а обстоятельства или помогают или препятствуют. Ну, а где обстоятельства, там люди. Слава Богу, на моем жизненном пути больше людей добрых, умных и отзывчивых. Встречи с теми, кто оказался близким мне по духу, восприятию мира и даже, с кем просто спокойно и светло на душе, я считаю подарком свыше. И, естественно, я благодарна высшим силам за это.

В таком значимом для меня и моей семьи 1980 году мне посчастливилось съездить в Москву на Олимпийские игры. Понятно, что в качестве туриста и зрителя.

Сколько было радости! Молодой и здоровой, мне легко было сняться с места. И вот я отвезла маме детей. Собралась безо всяких размышлений, что одевать, и что брать с собой. Главное, решила я, хорошее настроение и желание узнавать что-то новое. Да и отдохнуть не мешало бы. Что-то последнее время я стала замечать, что к вечеру устаю. Это спустя годы я удивлялась, как сумела жить в таком режиме. Ведь и мое профессиональное становление пришлось не на веселое студенческое время, а приправлялось, образно говоря, пеленками и детскими проблемами. Я так втянулась в жесткий график своей жизни, что первое время в Москве никак не могла расслабиться.

Прилив сил я почувствовала только на третий день. Жизнь повернулась ко мне новой, веселой и даже искрометной стороной. Но к концу отдыха я все-таки ощутила неимоверное желание побыстрее вернуться к детям.

Рано-утром я вдохнула привычный запах перрона Киевского вокзала. С удовольствием смотрела на привычные киевские красоты из окна троллейбуса. Дальше – автобус на Припять. Места у нас с мужем были в разных местах, а возле меня оказалась молодая рыжеволосая девушка. Как бывает в дороге, мы разговорились и быстро познакомились.

Мне понравились ее дружелюбность и веселость, при этом оказалось, что она умная, а круг ее интересов довольно обширный.

Наше знакомство не могло не продолжиться в Припяти. Тамара, а так ее звали, именно туда ехала устраиваться на работу. Она была работником культуры и вскоре устроилась в наш прекрасный, без преувеличения , Дом культуры. И хотя занята она была с утра и до позднего вечера, иногда находила время для общения. Я познакомила ее со своей семьей, и она стала частой гостьей в нашем доме. Ей очень нравились наши дети, и она с удовольствием возилась с ними. А я бывала на мероприятиях, которые она организовывала, и ее творческие идеи просто восхищали. Я обнаружила, что у Тамары есть артистические данные. Помню, как она исполняла смешные роли в припятских юморинах. Была ведущей на вечерах. Успевала всюду. Миролюбивая, доброжелательная и сочувствующая, она очень быстро обзавелась друзьями. С ней было интересно общаться. Жила она в общежитии станции, как раз рядом с моим домом. Бывало, мы уютно устраивались на кухне, чтобы попить чаю и обсудить коллизии и перипетии жизни. ..

То время я, спустя годы вспоминаю, как что-то феерическое, которому, казалось, не будет конца. Молодость, какая-то смелая увлеченность жизнью, уверенность, что и завтра так будет, давали оптимизм и радость. Не представляю, где бы еще я могла так увлеченно жить. Я воспитывала детей, занималась творчеством, меня окружали интересные люди, у меня были подруги, на которых можно было положиться, у меня было красивое жилище…

А тем временем это приятный год вот-вот должен был закончиться.

В конце декабря мною овладела печаль. Почти депрессия охватила меня. Какие-то неясные предчувствия тревожили душу. Беспокоили отношения с мужем. На первый взгляд вроде бы было все и хорошо, но… куда-то исчезло нечто неуловимое. Некий энергетический туман, соединяющий людей в одно целое. Когда и объясняться не надо, когда любые движения души понятны и принимаются безоговорочно.

Тамара, человек проницательный, ненавязчиво меня поддерживала и уверяла, что все это временно, что это отчуждение вот-вот пройдет. Подсовывала какой либо интересный журнал, зная мое пристрастие к моде, где-то доставала глянцевые нарядные журналы, и мы с азартом обсуждали тот или иной фасон.

В самом городе витала дымка благополучия. Сменялись осень и весна зима и лето, а жизнь для большинства припятчан поворачивалась только благополучной стороной.

Глава тридцать девятая

Может, это и покажется кому-то неинтересным, но, я считаю, пришла пора напомнить читателям самое главное о строительстве Чернобыльской атомной станции и обобщить его, чтобы лучше осознать масштабы этого объекта. Сейчас. Когда вот в апреле будет уже больше четверти века после аварии, мне кажется странным и феноменальным то доверие людей к самой идее возведения этого монстра. Я что-то не припоминаю серьезных эксцессов по этому поводу. Этот факт только еще раз подчеркивает, насколько тогда люди доверяли властям.

Иногда у меня возникает непреодолимая ностальгия по тем местам. Кажется, так бы и вошла в свой родной город, в свое жилище. Осязала бы звуки и запахи. И, словно в машине времени, увидела бы все окружающее, всю жизнь того незабвенного времени, как в театре теней.

Мне, во-первых, очень подходил климат местности. Станция располагается в восточной части белорусско-украинского полесья. Север моей дорогой Украины. Представьте эти живописные места! Я, кстати, их уже описывала. Но как приятно увидеть их внутренним взором снова. Обилие флоры и фауны. Красота и умиротворение. Сейчас там, среди колышущихся туманов печали разрушается родной город Припять, покинутый, приходящий в упадок, но живой в думах его бывших жителей. Его дома – к западу от трехкиломертовой санитарно-защитной зоны АЭС. Ну, а в 15 километрах к юго-востоку от станции находится бывший районный центр – тоже покинутый город, в котором я некоторое время жила, а потом и работала – Чернобыль. Кстати, от него до Киева – рукой подать, всего 110 километров. Я до сих пор помню, насколько живописная дорога среди полесских лесов.

Напомню, что первая очередь ЧАЭС была построена в 1970-1977 годах. Вторая – третий и четвертый энергоблоки – к концу 1983 года. В 1981 году в полтора километрах к юго-востоку от площадки первой –второй очереди - пятого и шестого энергоблоков – оставленные после аварии при высокой степени готовности объектов.

В качестве корреспондента я, как говорится, облазила и чуть ли не обнюхала эти места. А вот на еще одном мне как то не пришлось побывать. Это – пруд-охладитель. Он был налит непосредственно в долине реки Припять к юго-востоку от площадки АЭС для обеспечения охлаждения конденсаторов турбин и других теплообменников первых четырех энергоблоков площадью 22 квадратных километра и уровнем воды на 3,5 метра ниже планировки площадки станции. Сейчас те, кому интересны познания в области сооружения подобных станций, могут все узнать из интернета. А тогда, дабы чувствовать себя свободно и работать с людьми, мне пришлось прочитать не одну научную работу и консультироваться с профессионалами прямо на местах.

Я уже рассказывала про этапы строительства станции. Это были непосредственные наблюдения, переработанные моим сознанием. А для напоминания, то в мае 1975 года была создана комиссия по подготовке и проведению пуска 1-го энергоблока. При этом задействовали множество специалистов и рабочих. Сначала эти люди жили в общежитиях, построенных специально для этого. Иногда приходилось снимать жилье в окрестностях станции, как, например, моя семья, ну, а потом люди начали получать хорошие благоустроенные квартиры.

Вернуть бы это время! Но, к великому сожалению, колесо истории никогда не пойдет вспять.

Приказ был в мае, а уже в ноябре оказалось, что по критическим позициям графика пуска блока идет серьезное отставание. И коллективы, задействованные на строительстве, организовали круглосуточную работу. Точнее, вынуждены были так сделать. Для моей семьи это обернулось лишними хлопотами беспокойством, ведь у нас были маленькие дети.

Мое субъективное мнение: имея дело с таким опасным объектом, как атомная станция, нельзя допускать форсирования событий.

В мае 1977 года коллективы монтажников, строителей, наладчиков и эксплуатационный персонал ЧАЭС приступили к пуско-наладочным работам на 1-м энергоблоке. В сентябре, а именно 18 числа, в шестнадцать с минутами произошло историческое событие: начался подъем мощности реактора, и 26 сентября в восемь вечера включен в сеть турбогенератор два первого блока. Турбогенератор один включен в сеть второго ноября. И, наконец, 14 декабря 1977 года подписан Акт приемки первого энергоблока в эксплуатацию.

Вот сейчас мне подумалось: наша судьба именно тогда была предрешена. Но… после боя, как известно, кулаками не машут. А в те дни в Припяти царило приподнятое настроение.

Продолжение следует…

Запись была опубликована: glavred(ом) Воскресенье, 24 марта 2013 г. в 9:32
и размещена в разделе Проза.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта