?> Лара Росса | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
03.03.2012, рубрика "Проза"

Полынь–трава в меню украинки

Публицистическая повесть (Продолжение)

Глава десятая

Квартира была двухкомнатной. Пустота царила тут. Пока что. Гулким эхом гуляли под потолком голоса. Я с замиранием сердца вслушивалась в звуки. Они действительно были для меня необычными: голоса людей с улицы, звуки строительных работ – большинство жильцов устраивала свой быт. Все было непривычно. Запахи краски, свежесть лака… Они как бы подчеркивали – все прекрасно! Начался новый этап жизни, и очень неплохой.

Дети, помню, озирались по сторонам, пораженные пространством. Для них оно казалось огромным. Я осматривала встроенные шкафы. Как они пригодились! Подошла к окну большой комнаты. Оттуда хорошо просматривалась улица с оживленным движением. Я открыли дверь на балкон. Какая прелесть! Он тянулся и вдоль кухни. И с кухни можно было выйти, чтобы ощутить связь с внешним миром.

Перешла коридор. Заглянула в санузел. Защипало в глазах: я не верила своему счастью. Открутила краны и с них полилась вода. Это было потрясающе. Я сразу представила мои бесконечные походы по воду в Чернобыле. Ведра, ведра, ведра! А тут! И холодная, и – о чудо! Горячая! Побежала в комнату поменьше. Окно выходило во двор. Просторный, с детскими площадками, цветниками и с зеленой изгородью вдоль палисадников. Какая-то женщина развешивала белье. Дальше была школа, а при ней - стадион, баскетбольная площадка, а также площадка для волейбола... Грандиозно!

В меньшей комнате мы устроили спальню, а большую отдали детям. Не было пока что мебели. Мы решили временно пользоваться тем, что было. А было негусто: коляска для дочки, самодельная кровать для нас, и единственная красивая вещь - кроватка сына, деревянная, светлая, сделанная со вкусом. А вот зеленые занавески не подошли. И мы решили временно обходиться без них. На наше окно под вечер цепляли покрывало.

Когда первая эйфория прошла, мы пришли к выводу, что дверь в нашу комнату необходимо переделать: она, открываясь в коридорчик, «съедала» его часть. И муж в выходные взялся за дело: поставил над дверью ведущие планки, Внизу – похожие, прикрепил колесики к двери, и она, как в вагонном купе, могла отодвигаться в сторону. Сверху образовалась полка, на которую я с превеликим удовольствием поставила часть книг.

Самое первое, что нам необходимо было приобрести – это оборудование на кухню. Пока что мы обедали на большой доске, которую мы устанавливали на бак для вываривания белья. Но, как известно. То, что тяготит в зрелом возрасте, в молодости кажется романтическим. Не правда ли?

Я очень отчетливо вижу, как мы, молодая семья, собрались в кухне, чтобы поужинать.

Субботний вечер. Май месяц и окно в кухне приоткрыто. С улицы доносятся звуки и запахи, как отзвуки того, что люди определяют, как праздник жизни. Нам она кажется нескончаемой. В определенном смысле так оно и есть. Все повторяется. И нам, тем, у кого позади осталось намного больше, чем впереди, так важно иметь о чем помнить. Вот я, молодая, счастливая, собираю ужин. Дети тянутся ко мне, смеются от чего-то. Улыбается муж. Мир так хорош. Он летит в пустоте космоса, планета заботливо подставляет нас последним лучам заката. И время отсчитывает вехи нашей жизни, примеряясь к будущему.

Глава одиннадцатая

Это было наше маленькое счастье, наши радости на четверых членов семьи. А страна жила своими делами. И, конечно же, для благополучного их решения нужна была основа – энергия, энергия, энергия…

В конце января 1973 года, как известно, было принято решение Минэнерго СССР « О вводе в действие 1-го энергоблока.» А через два года 30 апреля 1975 года, первый секретарь ЦК КПУ В.В. Щербицкий обратился к Председателю Совета Министров СССР А.М. Косыгину с просьбой решить вопрос об обеспечении строящейся АЭС оборудованием. Если вдуматься, такой шаг мог быть вызван крайне сложными обстоятельствами. И заключались они, по-видимому, в том, что сверхсложные задачи строительства такого объекта, как атомная станция, не обеспечивались соответствующими современными техническими средствами. Люди в эти два тяжелых года – и персонал станции, и монтажники, и рабочие, - выкладывались по полной, лишь бы уложиться в сроки сооружения объекта.

Бригада мужа, например, разделилась, и монтажники начали работать в две смены. Мне, как говорится, было «весело». Ведь помочь с детьми, по сути, было некому. Но я в те годы была крепкая, выносливая, и справлялась, хотя сама перед собой и ставила задачу жить, «как положено». Это правило максималистов и трудоголиков. Например, если я готовила обед, то – «как положено»- первое, второе, третье. К вечеру я валилась с ног от бесконечных забот, но, «как положено», читала детям сказку. Утром обязательно зарядка, обливания. Ну, все в таком духе. Если по каким-то причинам я что-то не выполняла, или не доделывала, меня терзало беспокойство. Короче, я себя не щадила. Времени постоянно не хватало. Не удивительно, что за стройкой гиганта рядом с городом Припять, я следила время от времени. Я, честно говоря, вообще удивлялась, что меня это интересует.

Но, тем не менее, когда в мае этого же 1975 года, была создана комиссия по подготовке и проведению пуска 1-го энергоблока ЧАЭС, событие это я заметила. Наверное, из-за того, что муж вообще редко был дома. Я узнала, что на станции организовали круглосуточную работу по критическим позициям графика пуска блока. Я успокоила себя мыслью, что все когда-нибудь, да кончается. Чего без крайней надобности его трогать?

И еще. Передать не могу, какое глубокое умиротворение снизошло в то время на меня. Окружающий мир открывался мне все новыми гранями, звуками и красками. Общение с теми людьми, что окружали меня, было вдохновляющим. Дома все спорилось. Дети радовали, а муж любил. Выпадало время и для отдыха. Помню, с каким удовольствием гуляла я с детьми у дома. Везде цветы, уютные газоны. Да и погода благоволила. Стояли прекрасные теплые дни.

Вспоминаю то время и думаю: почему сейчас такие чувства приходят редко? Чего не хватает? Может, причина в возрасте? Куда ушла такая полная, такая глубокая радость жизни? Когда цвета – сочные, звуки – чувственные, и все кажется, что – навеки…

Иногда мужу удавалось уделить семье какое-то внимание. И мы готовили что-то особенное, например, ягодный пирог, жареную форель, (все было недорогим, а он хорошо зарабатывал), и шли на пикник. Мы часто мечтали, как вырастут дети, кем станут, и как мы интересно будем жить.

В это понятие для меня обязательно входило получение высшего образования. До замужества я успела закончить техникум. В моей голове роились грандиозные планы.

Глава двенадцатая

Осенью мужа и еще нескольких монтажников, как ни странно, послали в Москву на какие-то курсы. Странно, потому что на станции нужна была каждая пара умелых рук.

Через недели две он вырвался на выходные домой. Вечером как-то открывается дверь. Мы все – к ней. Дети орут «Папа! Папа!», я счастливо улыбаюсь.

Муж, отдохнувший, довольный, раскрывает нам всем объятия. У его ног – большая коробка и еще больше сумка.

- Как ты все это дотащил, - изумляюсь я. И коробка, и сумка источают приятный запах. Особенно коробка. Уже понятно, что в ней – апельсины. Это сейчас они на каждом шагу, а тогда… были одним из символов достатка и благосостояния. Помню, долго из нашей квартиры шел этот изумительный запах.

Затащили сумку в комнату. Сверху – небольшая высокая коробка. Торт «Птичье молоко». Он производился только в Москве, и не так просто было его достать. Не лениться толкаться в транспорте и не жалеть времени, чтобы поехать в магазин при фабрике.

- Переплатил? – спрашиваю мужа.

Он весело кивает. Торт – на стол. Под ним – огромная коробка конфет. Ассорти. Коробку украшает изображение нежных роз. Конфеты – на стол. Дальше – пакеты с разной снедью, вкусностями, которые любит покупать муж. Любит и умеет. Все, что он привез, действительно стоит внимания.

А под этими, продуктовыми пакетами – другие, шуршащие. Детям – пижамки. Что-то неимоверно нежное, воздушное, и у меня замирает сердце. Это – мне! Я вытягиваю что-то тонкое, розовое, и бежевое, в кружевах. Ночнушки! У меня такого никогда не было! Дух захватывает! Что-то сиреневое. Кофточка. Потом – толстый трикотажный свитер.

- Мне на зиму, - уточняет муж.

Дальше – теплые костюмчики детям. Синий – сыну, бордовый – дочке. Также им бельишко, такого качества я никогда не видела.

Подарки – это здорово. Они способны поднять плохое настроение, и надолго запоминаются. Мне вот запомнился этот вечер навсегда.

И теперь. После многих жизненных перипетий, мне хочется сказать бывшему мужу: «Где ты? Как ты?» Я ведь помню все лучшее, что было, и что нас тогда объединяло.

Именно тогда мы познакомились со своими будущими друзьями – Лидой и ее мужем Толей. У них также были сын и дочь, и Лиде временно приходилось быть с ними дома. А муж, как и мой, работал на станции монтажником. Мы стали встречаться, вместе ужинали, ходили на праздники – эти праздники в городе – отдельная тема! Веселая чрезвычайно. А мы с Лидой брали детей и прогуливались. Или вели их пить молочные коктейли. И беседовали, беседовали… Бог послал мне родственную душу.

Сейчас Лида, выбиваясь из сил, пробует помочь своему мужу Толе выжить. Четвертая стадия рака дает мало надежд. Но мы не падаем в отчаяние: всякое случается, когда веришь и надеешься.

Продолжение следует…

Запись была опубликована: glavred(ом) Суббота, 3 марта 2012 г. в 19:09
и размещена в разделе Проза.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта