?> Н.Н. ПОПОВ | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
05.05.2005, рубрика "Персонал ЧАЕС, Спогади"

После взрыва

Отрывок из документальной повести «Чернобыльская трагедия: как это было»

(Продолжение. Начало №3, 4 2005 г.)

…В музее гражданской обороны в 1987 г. (г. Москва) на вечере памяти погибших чернобыльцев выступила Э.П.Ситникова: …“Эксплуатационники хорошо понимали, какая беда может разразиться, если они покинут свой блок. Когда по телефону ночью 26 апреля на станцию вызвали моего мужа, я спросила его: ”Зачем ты едешь? Ведь это не твой блок, ты за него не в ответе”. Он сказал лишь: “Так надо. Я не знаю, что произошло”. А потом в больнице, накануне своей смерти, объяснил: “Если бы взорвался не только четвертый, но и другие блоки, то не было бы Украины, а может быть и пол-Европы”.

…”Авария на станции, - рассказывал секретарь Припятского горкома партии В.Лукьяненко [14], - высветила, кто чего стоит в нашем коллективе. Оказались у нас, к сожалению, и люди, испугавшиеся опасности, но проявили себя и истинные герои. Таким был Анатолий Ситников! В те часы он прожил самую трагическую и лучшую часть своей жизни…». Анатолий Андреевич Ситников похоронен в Москве на Митинском кладбище, он посмертно награжден Орденом Ленина.

…Грустны наши разговоры с людьми, знавшими Анатолия Андреевича, печальна беседа с его женой Эльвирой Петровной, работающей на станции. Но из мелких деталей, из отдельных слов, как из частичек смальты вырисовывается, словно мозаичный, портрет Мужественного человека. Велика скорбь женщины, но горды ее слова: «Он был честный и прямой, влюбленный в свое дело и в свою Родину. Он был нужен мне, детям, сестре Валентине, давшей брату костный мозг для пересадки, чтобы спасти его, матери – Марии Фоминичне, своей станции… А другого бы я не полюбила!» На следующий день после похорон мужа она продолжала ухаживать за остальными пострадавшими, находя для них слова ободрения. Также поступали и жены других пострадавших. Страдания их были болезненные и очень тяжелые. Э.П.Ситникова приехала в Москву, чтобы ухаживать за мужем, и поселилась в гостинице медицинских работников. Она делала такое, что не всегда под силу медицине: без внешних эмоций, по-домашнему, подбадривала не только своего мужа, но и других. Многие из них были их личными друзьями. Она ухаживала за всеми. Кто требовал ухода, как сиделка, и при виде ее даже измученные страданиями больные, умирающие люди улыбались. «Как-то она зашла ко мне, - рассказывал Петр Паламарчук – я спросил ее о здоровье мужа: «ничего, ты обязательно поправишься, ведь Критический 21-й день прошел!» И лишь потом я узнал, за два дня до этого ее муж умер!»

За день до смерти Анатолий Андреевич попросил ее и «потом» приходить в больницу: «Ты нужна им, не оставляй!» Но и независимо от его просьбы на следующий день после похорон мужа она снова и снова уговаривала больных потерпеть, убирала горшки, заставляла мечтать… Так же поступали и жены других пострадавших. И так продолжалось еще много дней, пока ее не убедили, что и ей нужно отдохнуть, а уже кому невозможно помочь, то…

А ведь у нее две дочки, которым тоже необходимо материнское внимание.

Семья Ситниковых получила квартиру в Москве, но еще два года Эльвира Петровна работала на своем прежнем месте на ЧАЭС – ездила по вахтам из Москвы. 
«Там мой дом» - говорила она.

Действительно, потрясенная страшной потерей, эта мужественная женщина более или менее приходила в себя только на родной ЧАЭС, там она выглядела деятельной и нужной, как и прежде. Ни слез, ни жалоб…

Дочери, студентки Ирина с мужем Игорем и семикласница Катя, справлялись с хозяйством сами.

Когда на Митинском кладбище корреспондент Си-Би-Эс спросил Катю, правильно ли, поступил ее отец, идя на смерть? «Конечно! Он не мог поступить иначе». Эльвира Петровна стала работать в «Союзе Чернобыль» СССР со времени его организации в 1987 г. В течение семи лет через ее руки приходили тысячи писем от переселенцев, ликвидаторов и почти всем отвечала и часто практически или советом помогала им именно она.

…Из электроцеха ЧАЭС погибло пятеро. Мы бы выделили Александра Григорьевича Лелеченко, - говорили многие его товарищи. …  «Вся короткая, но глубокая по содержанию жизнь этого скромного человека, человека труда, была направлена на служение Родине. Мы гордимся своим товарищем. Он удостоен высшей награды Родины – Ордена Ленина. Пусть ваш Коллектив с гордостью и достоинством носит имя Александра Григорьевича Лелеченко», – писал директор ЧАЭС М.П. Уманец в село Новоореховка Лубинского района Полтавской области в ответ на запрос детей из школы, в которой учился Саша Лелеченко, можно ли школе присвоить его имя и установить бюст.

Комитет комсомола ЧАЭС сделал для этой школы переходящий вымпел «Лучшему пионерскому отряду».

…А.Г. Лелеченко был зам. начальника электроцеха по эксплуатации 2-й очереди станции и к эксперименту по программе «выбега турбогенератора №8» имел непосредственное отношение, и как руководитель испытаний от электроцеха, он принимал участие в обсуждении и подготовке «Программы испытания» в электрической части. В пятницу 25 апреля он не ушел с работы, хотя работал с 8 утра, он считал, что испытание – процесс непрерывный, и заниматься им должны одни и те же люди.

Он лично, убедившись в обстановке случившегося на 4 блоке, снял напряжение с электрооборудования 4-го блока по распоряжению ЗГИС-Э-II Дятлова и согласованию с НСБ-4 Акимовым, что предотвратило многие беды из-за возможных коротких замыканий электрооборудования в разрушенном 4-м блоке.

…На полу машзала валялись горячие фрагменты графита и топлива, выброшенные при взрыве реактора. Особую опасность представляли проходившие по машзалу водородные трубопроводные коммуникации к газовым постам ТГ-7,8 и заполненные водородом корпуса статоров генераторов типа ТВВ-500-2, которые охлаждаются водородом, вырабатываемым на электролизной установке 2-й очереди станции, которая находилась на промплощадке II очереди станции, рядом с реакторным отделением 4-го блока с северной стороны, то есть, рядом с образовавшимся после взрыва завалом.

Необходимо было быстро отсечь источник водорода и А.Г.Лелеченко вместе с электромонтером В.И.Лопатюком выполнили эту сложную и опасную работу - отключили электролизную установку получения водорода для генераторов, получив смертельную дозу облучения.

Водород из статора генератора №7 вытеснил электромонтер Баранов, так же получив смертельную дозу облучения.

А.Г. Лелеченко в то утро успел выполнить еще много других производственных операций. Его любили и ценили все как классного профессионала-электрика и замечательного человека, веселого и доброго.

Лелеченко всегда был требовательным к себе, был отлично подготовлен теоретически и практически, он окончил Киевский политехнический институт, любое дело выполнял в срок и того же требовал от подчиненных. Лелеченко вообще был одержим работой. День и ночь он пропадал на станции вместе с В.И. Поденком. Вторая очередь ЧАЭС – их родное детище. Они курировали ее строительство и монтаж оборудования, подготовили необходимую эксплуатационную документацию, а потом стали ее эксплуатировать.

В.И.Поденок позднее был назначен заместителем главного инженера по эксплуатации. Ныне покойный, в день аварии он был в командировке на строительстве будущей Минской АТЭЦ, строительство которой после аварии на ЧАЭС было прекращено, как и Горьковской и Воронежской АСТ.

…К утру 26 апреля А.Г. Лелеченко стало плохо, во время испытаний «выбега ТТ-8» он не спал сутки, у него покраснело лицо, грудь. «Под конвоем» его отправили в медсанчасть, однако, из МСЧ-126 А.Г. Лелеченко ушел домой, немного поспал, а утром вернулся на станцию.

Продолжение следует…

Опубликовано «ПЧ» № 5 (17) май 2005

Запись была опубликована: glavred(ом) Четверг, 5 мая 2005 г. в 13:07
и размещена в разделе Персонал ЧАЕС, Спогади.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта