?> На судьбу не ропщу | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.

На судьбу не ропщу

«РЧ» № 35 (995), 8 — 14 сентября 2011 г.

Воспоминания ветерана подразделений особого риска Баженова Алексея Филипповича

Просматривая свой семейный фотоальбом, Алексей обратил внимание на небольшую фотографию времен своей службы в Советской армии. Посылая семье короткую весточку, молодой сержант Алексей Баженов вложил в конверт свое фото. На обороте написал: «Моей дорогой супруге Галине и дочке Ирочке в год великих учебных побед. Станция Тоцкое 22.10.1954 года». Подписка о неразглашении перед отправкой на Тоцкий полигон вынуждала Баженова держать язык за зубами и все последующие годы.

Алексей служил в гвардейском минометном дивизионе, который находился в районе Бреста. Летом часть срочно перебросили в Поволжье. Эшелон, замаскированный под обычный товарняк, шел без остановок. На редких полустанках к поезду подбегали перепуганные женщины и дети. Протягивали солдатам свертки с деревенской едой. Женщины причитали: «Что, соколики, опять война?» В начале 50-х годов мир опасался ядерной войны.

Вслед за США наша страна начала подготовку к ядерным испытаниям. В документах бомбу называли «Татьянка». Испытания решили провести в оренбургских степях. С разных концов страны на Тоцкий полигон прибыло около 45 тысяч солдат и офицеров всех родов войск.

Командовать невиданной операцией, получившей романтическое название «Снежок», предстояло прославленному маршалу Георгию Жукову.

Палаточный городок расположился на десятки километров с госпиталями, клубами, столовыми, кухнями и т.д. Весь август 1954 года солдаты копали окопы, строили блиндажи в «три наката». Стояла невыносимая жара, температура воздуха доходила до 400С. Начальство отсиживалось в специально возведенных бетонных бункерах.

Ближе к сентябрю в части разразилась эпидемия дизентерии, подкосившая треть личного состава. Офицеров не хватало, и сержанту Баженову поручили командовать взводом. Он помнит, как к предполагаемому месту взрыва стянули несметное количество военной техники, а к блиндажам привезли много живности: коз, баранов, собак и т.д. Животным отвели роль «противника».

Всем бойцам выдали матовые (темные) очки (стекло). Они должны были защитить глаза от яркой вспышки в момент взрыва бомбы.

Рано утром 14 сентября в небо поднялся тяжелый бомбардировщик. В половине десятого прозвучал последний предупредительный сигнал: «Молния!» «Татьянка», напоминавшая огромную бочку, взорвалась в трехстах метрах от земли.

«В этот момент я находился в укрытии, - голос Баженова замирает. - Внезапно почувствовал, как почва, вздыбившись, стала уходить из-под ног. В глазах потемнело. И вдруг стало необыкновенно тихо. Наверное, потерял сознание. Из оцепенения вывел страшный грохот: это била артиллерия. Только закончилась артподготовка, прозвучала команда «На броню». До эпицентра было не более шести километров. А там - непроглядная стена из копоти и дыма, перевернутые и горящие грузовики, оплавленные корпуса самолетов и вмятые в землю танки с оторванными башнями. Животные, до этого издававшие звуки, будто испарились. А блиндажи, собранные из огромных бревен, сложились словно карточный домик. В радиусе трех километров от леса остался бурелом.

После возвращения у солдат забрали обмундирование, взамен выдали новую форму. Считалось, что это полностью избавит людей от воздействия радиации.

А до того солдат снабдили трехдневным сухпайком (НЗ), который состоял из фляжки чая, двух банок говяжьей тушенки и сухарей.

Но офицеры запретили их есть, сказав, что все это заберут после учений. Впоследствии об этих пайках забыли. И солдаты все съели. Не пропадать же добру.

А вот сколько было в этих продуктах «радиоактивных доз», солдаты не задумывались. О лучевых заболеваниях мы почти ничего не знали.»

Уволившись из армии, Баженов уехал с женой и дочкой на Север. Работал на Мурманском никелевом комбинате. Но неожиданно 23-летнего здорового парня разбил радикулит. Врачи все списали на тяжелую работу. С тех пор здоровье пошло на ухудшение. Болит все. Инвалид III группы, но получить связь своих заболеваний с участием в испытаниях на Тоцком полигоне не может. Недавно перенес инсульт, еле ходит, рука плохо работает. Ослеп. Но на судьбу седо-власый ветеран не ропщет, говорит, что она ему и так много отпустила. Ведь никого из тех, с кем он служил, уже нет в живых.

Записал А. ЮДИН,

ветеран подразделений особого риска.

На снимке: памятный знак в эпицентре взрыва.

http://rch-dominfo.ru/index.php?id=12232

Запись была опубликована: glavred(ом) Воскресенье, 9 октября 2011 г. в 9:50
и размещена в разделе Пам'ять, Соціальне партнерство.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта