?> О “сталкерстве” и будущем зоны | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
28.01.2008, рубрика "Пам'ять"

О "сталкерстве" и будущем зоны

На форуме сайта ПРИПЯТЬ.ком идет много разговоров о сталкерстве. Эта тема будет интересной и для читателей «Пост Чернобыль». По-моему, тут (в теме "сталкерство/диггерство" форума) разговор идет на самом деле о нескольких разных – хоть и сошедшихся в одной точке – "незаконные посещения зоны" (условно именуемые тут "сталкерство") – темах. Во избежание путаницы – отдельно о каждом "аспекте".


1. (самое простое). Сталкерство не есть хорошо.

Это понятно: сталкеры могут покалечиться в зоне сами, нанести ущерб зоне, создать помехи и угрозу здоровью людей, которые в ней работают (например, если они влезут куда-то в неподходящий момент работ, или сталкеров придется спасать, снимать с высотного объекта или еще откуда-то вытягивать). Поэтому сталкерство запрещено вполне оправданно, и предусмотренные наказания имеют целью решительно отпугнуть сталкеров. Что, похоже, находит понимание и поддержку всего сообщества ПРИПЯТЬ.ком.

2. Стремление к сталкерству надо окультуривать.

Сталкерство - (часто) проявление вполне естественных и социально приветствуемых качеств человеческой природы. Т.е. желания исследовать и узнать что-то новое, преодолеть свой страх, потренировать храбрость, испытать себя, самоутвердиться... Это нужно людям всех полов и возрастов, но особенно остро, мне кажется, – подросткам и юношам. И эту здоровую потребность, мне кажется, можно и нужно использовать (=удовлетворять), чтоб научить их действовать в случае радиационной аварии, быть грамотными и уверенными в себе защитниками при техногенной катастрофе или стихийном бедствии (число последних, как прогнозируют, будет возрастать, кстати). Но для этого, к сожалению, не приспособлена ни современная Чернобыльская зона (речь о категории младше 18 лет тут вообще не идет, само собой), ни, рискну сказать, чернобыльский опыт вообще.

Поясню на примере. Когда сейчас в Украине говорят о военно-патриотическом воспитании, то апеллируют или к казацким традициям (достаточно удаленным по времени и культурно-технической ситуации), или к Украинской повстанческой армии (которая не всеми воспринимается однозначно). В то время как действительно героические действия (и чрезвычайно актуальные!) по ликвидации Чернобыльской аварии в этом смысле как бы не существуют. Из-за травматического представления этого события вообще.

Вот в советские времена была замечательная пионерская военно-патриотическая игра "Зарница": вывозили пацанов за город с самими ими сделанными на уроках труда автоматами, где они на природе под руководством настоящих военных наступали-воевали рядом с настоящими солдатами с настоящими автоматами Калашникова (патроны холостые, понятно), одевали противогазы, прорывались через дымовые завесы... Потом ели солдатскую кашу из полевых кухонь и "усталые и довольные" возвращались по домам.

Что мешает сделать то же, сымитировав на местности какой-то кусок зоны Чернобыльской аварии, как-то интересно обозначив (условно, понятно) уровни радиации, пустить вперед "разведку", потом по ее "данным" ребята решат, что делать, проведут эвакуацию условного нас. пункта (очень полезный навык, кстати), потом проведут дезактивацию - помоют дороги и пару условных (или настоящих:)) домов из АРСа-поливалки (обычной водой, понятно), обольют друг друга водой по жаре – и усталые, довольные разъедутся по домам. Заодно потренируются в применении средств защиты, умельцы конкурс самодельных дозиметров проведут, узнают кой-чего про радиацию... Да много чего можно придумать при желании. И все это – вместе с настоящими солдатами химзащиты. И при этом присутствует пара-тройка вполне реальных ветеранов настоящего Чернобыля, давая советы и делясь опытом (такого рода деятельность, кстати, одно из непременных условий оздоровления чернобыльцев).

(Ролевая игра по компьютерной игре "Сталкер" (большое спасибо МОНСТРу за ссылку; я, кстати, нашел и про первую такую ролевую игру http://www.stalker-game.com/ru/?page=archive_news&subpage=2&item=72 и отзывы о ней на их форуме тоже полезные). Так вот, эта ролевая игра как раз и удовлетворяет эту здоровую потребность – но в ней доминирует чисто игровой компонент, и она на основании сюжета комп-игры, а не сюжетов реального Чернобыля.)

А для взрослых добровольцев, например, создать летний лагерь за зоной, откуда бригады будут ездить на работы по спасению Припяти и других культурных объектов зоны – и в процессе этого увидят и почувствуют эти места, как этого никогда не сделать в обычной поездке-посещении. Естественное стремление к сталкерству, мне кажется, надо окультуривать, вводить его в социально приемлемые и полезные рамки.

3. Интерес к Чернобылю и зоне возрастает. Что делать?

Число посещений зоны растет. И будет расти, по целому ряду причин. И у тех, кому зона, город Припять и Чернобыль-явление небезразличны, - на самом деле нет выбора.

Законсервировать то положение, что есть, не удастся. Дикая коммерциализация посещений приведет к тому, что "на центральной площади Припяти будут продавать поп-корн", а "из автобуса бюргеры будут тыкать своими жирными (от биг-мака) пальчиками на пустые окна домов", как ярко выразился по этому поводу один из участников форума (цитирую по памяти).

Есть только одна альтернатива – ввести рост этого вполне нормального интереса к месту, события на котором повлияли на судьбы мира. – в цивилизованные, культурные, достойные этих событий рамки.

При этом нужно понимать 2 вещи:

1. Рамки достойного, допустимого, понятия о них - со временем меняются. Так работает механизм культурного усвоения. Поясню на примере: "Наполеон" в начале 19-го был имя, от которого трепетали страны, а сейчас "наполеон" – это торт. Путин, кстати, сознательно задействует эту особенность для увеличения своей популярности, отсюда водка "Путинка". А ведь он мог бы запретить одним движением своего пальца, если это ему б не нравилось – или не им было организовано!

То есть, хотим мы этого или нет, всё, в конце концов, становится массовой культурой. Но "массовый" – не значит плохой. Нужно создавать – задавать – стандарты.

2. Зона полисемантична.

Другими словами: зона и каждый объект в ней имеют много смыслов, -  и соответственно реальных или возможных использований. Для одних Припять – Город-Мемориал, вопрос только в закреплении этого статуса, а для других – место заготовки утильсырья. Для третьих – это объект повышенной опасности, и эту опасность от ее существования они хотели  бы уменьшить, ликвидировав Город (тем самым, смыкаясь в своих практических устремлениях с "утыльсырьевщиками").

Для кого-то БТР или вертолет на ПУСО "Рассоха" – радиоактивно-опасный объект, а для кого-то – историческая реликвия. А для кого-то – боевой товарищ.

То же - и в отношении Зоны в целом.

Причем на каждом отрезке времени есть доминирующий смысл или смыслы и соответствующее им использование. Радиоакивность объекта со временем уменьшается – но возрастает понимание его культурной ценности.

И нужно ловить, чувствовать баланс этих пониманий, изменение относительной важности разных смыслов одного и того предмета, - и вовремя менять взгляд на вещи и соответственно их использование. Для чего, в частности, наладить общение представителей специальностей, которые занимаются и отвечают за разные смыслы Чернобыльских объектов. А то сейчас технари игнорируют деятелей культуры, считая их некомпетентными олухами, а культурные деятели матерятся вполголоса, слыша об уничтожении очередного культурного памятника Чернобыля.

И чтоб они общались они не в вакууме и не только между собой, а под пристальным взглядом общественности и с ней тоже. С теми же ветеранами Чернобыля и жителями Припяти, у которых есть свое – вполне выстраданное и заслуженное – мнение о будущем нечужих им мест и объектов. Очень славно, что ПРИПЯТЬ.ком как раз это и делает.

Ибо если этого не делать, то зона из периода закрытости обвально перейдет в период дикой прихватизации и коммерческого разгула, и поп-корн и шлягеры на улицах ожившей Припяти покажутся тогда участникам этой сегодняшней дискуссии очень и очень невинными фантазиями.

Место аварийно-спасательных работ вряд ли может быть таким (или только таким) на протяжении 21 года. Нужно, мне кажется, сохранив всё хорошее от этого периода (например, сравнительно неплохую охрану периметра), переходить к периоду культурного использования этого национального достояния – объективно самого знаменитого, известного в мире места в Украине. Отрабатывать культуру его посещений, в частности.

4. Культура посещений зоны сейчас.

Респект МОНСТРу на подборку фотографий непотребного поведения в зоне дают пищу для эмоций и  размышлений. Вот только не уверен я, что это " свободные посещения". Ну как-то не похожи все запечатленные на людей, которые прошли по пересеченной местности 30 км, причем крадучись. Или что боятся, чтоб их застукали – например, у знака "ПРИПЯТЬ" на одной из главных дорог зоны. Рискну даже предположить, что все это делалось при попустительстве их вполне законных сопровождающих.

Имею основания так предполагать. Приведу только один пример из личных наблюдений. Группа в автобусе подъезжает к памятнику героям Чернобыля у пожарной части (лучшему, по моему мнению, памятнику Чернобылю). "Законный сопровождающий" говорит: "Остановка пять минут – чтоб вы могли сфотографироваться с ними (скульптурными фигурами) во всех позах". Типа шутка. Кое-кто засмеялся. После такого приглашения народ (по счастью, не весь) начал и вести себя с памятником и фигурами (у которых, кстати, реальные люди-прототипы) соответствующим – мягко говоря, очень неуважительным – образом. (Причем это были вполне нормальные ребята; после того, как я дальше по дороге им кое-что о Чернобыле рассказал и показал, ответил на вопросы – по приезду в Киеве они подошли, искренне и тепло благодарили.)

После этого я всегда в своих авторских поездках сам говорю о памятнике, а когда выходим, приглашаю обратить внимание на то, кто что конкретно делает, и рассказываю, что творилось на АЭС в первую ночь аварии. И народ с интересом слушает, и даже те, кто не слушает - ведут себя подобающе.

Выводы напрашиваются сами.

PS. И, к слову, практику фотканья НА ФОНЕ героев Чернобыля надо прекратить. Снимать памятник – пожалуйста, а ПРАВО встать рядом с фигурами нужно оставить только за ветеранами Чернобыля. И это будет правильно и красиво.

Сергей МИРНЫЙ,

участник ЛПА на ЧАЭС 1986 года,

бывший командир взвода химзащиты

Опубликовано «ПЧ» № 1-2 (73-74) январь 2008

Запись была опубликована: glavred(ом) Понедельник, 28 января 2008 г. в 6:52
и размещена в разделе Пам'ять.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта