?> Валентин КУПНЫЙ | «ПостЧорнобиль»
 
 

«ПостЧорнобиль»

Газета Всеукраїнської Спілки ліквідаторів-інвалідів "Чорнобиль-86". Всеукраїнський часопис для інвалідів Чорнобиля, ліквідаторів, чорнобилян.
22.02.2007, рубрика "Статті"

"Укрытие-2". Патовая ситуация сегодня. Что делать завтра?

Купний

Воспоминания и размышления Валентина Купного, начальника "Объекта "Укрытие" в период с 1995 по 2002 года.

(Продолжение. Начало"  №19-20 2006 г.)

Часть четвёртая

Поводом для разговора о тендерных процедурах послужил последний приказ Генерального директора ГСП ЧАЭС Грамоткина от 14 сентября, которым был отменён тендер на выбор подрядчика для проектирования и сооружение Нового безопасного конфаймента (НБК).

Я хочу сравнить два тендера. Первый, который мы проводили в 98 году и этот последний на конфаймент. Одно это сравнение покажет, в какой степени потеряно управление проектом со стороны Украины. Показать, как Украина работала в организационном плане в 98-ом году и как работает последние два-три года. Сравнить два подхода к выполнению одинаковой работы.

Напомню, что Рамочное соглашение, которое является законом и основанием для всех работ в Украине в рамках преобразования объекта «Укрытие» за иностранные деньги, было ратифицировано 4 февраля 98 года, а 20 апреля 98 года был заключён контракт с группой управления проектом (ГУП). Перед этим, естественно был проведён тендер на выбор консультанта. 11 фирм приняли участие в тендере. Победителем был признан консорциум фирм: две американские компании «Bechtel» и «Bettelle» и французская «ЕDF». Французы это государственная компания, а американцы это частные фирмы.

Эта дата является отправной точкой для всех сроков по SIP, началом координат, потому что, фактически , SIP заработал после появления ГУП.

В мае 1998г. был выделен один грант на четыре пакета задач и заключены контракты на выполнение краткосрочных мероприятий по преобразованию объекта «Укрытие».

Пакет A – строительный, который должен был завершиться разработкой проекта по стабилизации и рассмотрением вариантов конфаймента. Сумма контракта 57,6 млн. евро.

Пакет B – мониторинг. Сумма контракта 5,4 млн. евро.

Пакет C – аварийные системы и безопасность. Сумма контракта 17,1млн. евро.

Пакет D – обращение с топливом. Весь комплекс работа с топливосодержащими массами (ТСМ). Сумма контракта 9,9 млн. евро.

(Источник: табл.4 Гранта № 3 ,подписанного президентом НАЕК Н. Нигматуллиным 11-05-1998)

В тендере по пакету A участвовало 27 фирм, пакету B – 22 фирмы, пакету C – 21 фирма, пакету D – 23 фирмы. Из 93-х фирм участниц торгов выбрали 4-е. Эти данные я привожу, чтобы читатель представил объём работы, выполненный оценочным комитетом, во главе с Заказчиком.

Тендерный комитет по ГУП возглавлял Ярославцев, зам. министра энергетики. Это говорит о внимании правительства Украины к процессу, об уровне управления.

Так начиналась работа Заказчика. Ассамблея доноров на своём летнем 98-го года, заседании специально подчеркнула удачное начало работы. Там на Западе никто не ожидала, что Заказчик так быстро и качественно проведёт все эти тендеры и начнёт реальные работы на объекте.

Теперь о последнем тендере, на НБК. Объявлен он был 12 марта 2004 года. Основанием послужил Концептуальный проект. Параллельно с подготовительными процедурами и объявлением тендера в Украине впервые были проведены, в соответствии с нашим законодательством, общественные слушания по Концептуальному проекту (в нашей терминологии технико-экономическое обоснование - ТЭО).

27 февраля Министерство топлива и энергетики провело круглый стол в музее Чернобыля, в Киеве. На нём было первое, так сказать, черновое представление Концептуального проекта (КП). Присутствовали представители общественности, эксперты .

10 марта был проведён круглый стол, здесь, в Славутиче в ДК «Энергия». За круглым столом было высказано не мало критических замечаний. Кстати, один из тогдашних руководителей ЧАЭС позволил себе такую фразу, что он никогда своего сына не отправит работать в объект «Укрытие». Это показало, что руководство ЧАЭС на словах агитировало за реализацию представленного ТЭО, а по сути прекрасно понимало, что там очень опасно будет работать, поэтому пусть кто угодно, но не мой сын. Пусть работают те, кто не будет знать реальной опасности. А мой сын работал в Укрытии и продолжает работать на ЧАЭС.

12 марта расширенное заседания НКРЗ (национальный комитет радиационной защиты) в Киеве. Подвёл итоги заседания Гродзинский, сделанные тогда выводы актуальны и сейчас. Приведу несколько цитат из его заключительного слова.

«Были высказаны мудрые вещи и главное то, что действительно надо мыслить сейчас непривычными для нас категориями будто мы будем жить лет 200 и понимать, как будут совершаться разного рода обстоятельства. Решение такого сложного вопроса требует проведения процедуры взвешивания: польза и вред. При этом о пользе нужно очень внимательно думать - от чего будет польза, а от чего вред».

«Мы должны думать об ответственности перед своими потомками. Мы должны постараться, чтоб они не вспоминали нас жестким словом или глубоким сожалением о нашей неразумности».

«Относительно решения. Мы не принимаем решение, что одобрить – да, строить необязательно и все. Мы высказываем пожелания, советы, и мне кажется, что таких советов, пожеланий разумных, мудрых было высказано очень много. И мне кажется, что разработчики должны быть нам всем благодарны за то, что мы их вооружаем для будущих встреч. Они каким-то образом учтут наши мысли, которые были здесь высказаны, и найдут убедительные или менее убедительные ответы, как они будут учитывать эти все наши возражения, и пожелания, и советы. Поэтому ,мне кажется так, что наше решение должно сводиться к тому, что мы (вот бюрократы придумали прекрасную формулировку) – «принимаем во внимание» доклад. Вот мы и «приймаємо до уваги» доклад. Второе - мы будем просить наших друзей-разработчиков отнестись с уважением и без сопротивления к нашим пожеланиям. Они высказаны с добрым сердцем, потому что каждый из здесь высказывавшихся исходил из своих глубоких знаний, и в конечном счете мы все эти 18 лет живем с этим Чернобылем. Мы здесь регистрировали все выступления и сделаем полное изложение всех пожеланий, которые были высказаны, и передадим группе разработчиков».

20 марта в Славутиче были проведены уже общественные слушания. Присутствовали представители Иваньковского, Полеского районов Киевской области и Чернигова. Извлечения из «Рекомендації громадських слухань з розгляду концептуального проекту Нового безпечного конфайнменту.»

Они включают в себя 10 пунктов, я остановлюсь на нескольких:

«5. Використовуючи світовий досвід, створити систему соціальних гарантій через страхування працівників від непередбачених наслідків, в тому числі страхування робочих місць.

6. Виконати чіткі розрахунки трудових ресурсів, необхідних для створення Нового безпечного конфайнменту та кількості робочих місць для експлуатації нового об’єкту до вирішення кінцевої мети.»

До сих пор нет расчетов количества рабочих мест.

«7. Обов’язково передбачити заходи по вирішенню соціальних проблем у постанові Кабінету Міністрів України щодо затвердження концептуального проекту будівництва Нового безпечного конфайнменту і Загальнодержавній Програмі зняття з експлуатації Чорнобильської АЕС та перетворення об’єкта "Укриття" в екологічно безпечну систему (перелік соціальних проблем на 10 стор. додається).

8. Створити незалежну систему інформування населення України, Європи, Світу про хід реалізації проекту Нового безпечного конфайнменту.

9. З метою налагодження постійного громадського контролю за реалізацією проекту будівництва Нового безпечного конфайнменту вважати необхідним проведення громадських слухань з даного питання щорічно.

10. Кабінету Міністрів України узагальнити пропозиції, висловлені в ході "круглих столів", обговорень питання про будівництво Нового безпечного конфайнменту та взяти на себе функцію затвердження остаточного проекту будівництва Нового безпечного конфайнменту.»

Идём дальше. 22 марта совместное заседание Учёного совета Академии строительства Украины, Инженерной Академии Украины и секции "Ядерна енергетика" научно-технического совета Минтопэнерго Украины в Киеве.

7 апреля совместное заседание экспертной группы президиума НАН Украины и секции "Ядерна енергетика" НТР Минтопэнерго Украины.

Таким образом, КП НБК на самом деле был достаточно широко обсуждён и гражданской общественностью и научно-технической общественностью. Все они заканчивались рекомендациями.

Я хотел бы подчеркнуть следующее. Только на общественных слушаниях в Славутиче было очень ясно и понятно рекомендовано Кабмину проанализировать все эти предложения.

А теперь я привожу Роспорядження Кабінету Міністрів України від 5 липня 2004 р. N 443-р : «Затвердити подане Мінпаливенерго техніко-економічне обґрунтування (концептуальний проект) конфайнмента об’єкта "Укриття" Чорнобильської АЕС». «Мінпаливенерго і державному спеціалізованому підприємству "Чорнобильська АЕС" забезпечити у процесі розроблення проекту будівництва конфайнмента об’єкта "Укриття" Чорнобильської АЕС врахування рекомендацій Центральної служби Укрінвестекспертизи, викладених у зведеному комплексному висновку від 31 березня 2004 р. N 177-1.»

Нигде, ни слова и том, что были проведены общественные слушания, круглые столы. То есть власть сделала вид, что ничего не было. Ну, поговорили, пар выпустили и всё.

Это яркая иллюстрация того, что в начале 2-х тысячных годов, было полностью потеряно управление этим грандиозным и уникальным проектом со стороны Украины, как державы. Отдельные ведомства, сначала Минтопэнерго, НАЭК, сейчас Министерство чрезвычайных ситуаций, которые занимаются комплексным проектом, имеют ограниченную компетенцию, ограниченные права для решения всех вопросов. Это мог бы делать Кабмин, а он самоустранился.

Итак. Параллельно утверждению КП шла работа Заказчика по составлению технических требований к Подрядчику, и разработка технических критериев. Технические требования и критерии, к моему сожалению, утверждены руководством станции. Получается парадокс. У нас вся жизнь из парадоксов, здесь один из них.

Деньги, что Украины, что других стран доноров, это не деньги Чернобыльской АЭС, это бюджетные деньги. Объект хотим построить с проектным сроком службы – 100 лет. То есть объект сооружается не для нас, он сооружается для наших потомков. И такой крупный проект, и в денежном выражении, и сложный в техническом отношении, поскольку проектантам приходится работать вне существующего нормативного поля (для объекта «Укрытие» отсутствуют правила и нормы, всё это нужно создавать впервые). Со всех сторон уникальный проект, а его судьбу решает директор этого из государственных предприятий Украины. В этом я вижу огромный недостаток. Украина, правительство отошли в сторону и я это отношу только к тому, что они побоялись ответственности. Какой-то «стрелочник» будет отвечать, как до сих пор это и было.

Теперь к процедуре тендера. Были выданы технические требования, собраны предложения фирм. На выбор победителя, оценку финансовых, технических предложений ушёл весь 2004-ый и 5-ый года. В феврале этого года собирались объявить победителя, но перенесли на апрель к 20-летию катастрофы. Но и этого не произошло. Поскольку продолжались разборки между двумя претендентами. В ЕБРР есть Комитет закупок и контрактов. Я бы назвал его комитетом внутренней безопасности. При возникновении шероховатостей, проблем, комитет проверяет, а все ли процедуры банка соблюдены.

Проверка такая была проведена, и в марте этого года Комитет сделал заключение, представил его на Ассамблее доноров. Проверка показала, что все процедуры были соблюдены и оснований для обжалования результатов тендера нет. Тем самым Комитет закупок и контрактов подтвердил, что работа оценочного комитета, работа ГУП и работа банковского отдела ядерной безопасности были проведены в соответствии с процедурами и правилами ЕБРР. То есть, не было выявлено нарушений, которые бы вынуждали отменить тендер.

Об этом, кстати, директор отдела ядерной безопасности 13-го сентября сообщил директору ЧАЭС и перечислил вопросы, которые требуют дополнительного согласования перед заключением контракта. 14-го сентября Генеральный директор ЧАЭС издаёт свой приказ. Основанием для аннулирования послужила статья 39 «Инструкции для участников торгов». Статья очень короткая, в неё говорится, что Заказчик имеет право аннулировать тендер на любом этапе. Но эта Инструкция составлена на основании «Принципов и правил закупок товаров и услуг для проектов финансируемых ЕБРР». Этот документ одобрен советом директоров ЕБРР, и он верхний, по отношению к Инструкции.

В «Принципах и правилах…» есть пункт 3.30. Привожу его: «Заказчик обязан отклонить все заявки в случае наличия доказательств сговора или не честной конкуренции, в том числе и в случае значительного превышения цен конкурсной заявки над сметными расходами или располагаемыми средствами».

А теперь квинтэссенция: «Прежде чем отклонить все заявки, Заказчик должен получить согласование на это со стороны банка» . И это разумно. Нужно аргументировано доказать свой отказ. Тут на поверхности поспешность.

Я буду грубо говорить. Мальчики в коротких штанишках в дело ввязались, а что дальше? Прямо как Наполеон, это он говорил: «Главное ввязаться в битву, а там разберёмся». Станция ввязалась в эту битву.

Итог. Зная официальные сообщения о встрече 18-го сентября вице-премьера Украины и вице-президента банка ЕБРР, могу сказать, что приказ будет отменён. Или без шума, или с помпой, со снятием директора.

Судя по тому, что до сих пор неизвестен состав назначенной правительственной комиссии, занимающейся этим дело, не слышно вообще что-нибудь о её работе, можно предположить, что всё это будет спущено на тормозах. Все останутся при своих интересах.

Я убеждён, что не сам Грамоткин это придумал, кто-то в Киеве поспешил. Балога как раз в это время ушёл в Секретариат Президента, банк подтвердил тендер, что там всё нормально, и объявление победителя неотвратимо, кто-то там и решил – давай отменим. В Украине ж такие схемы проходят.

В октябре этого года, очередная сессия Ассамблеи доноров, и вся эта мышиная возня к этому времени, должна прекратится. Будет объявлен победитель и будет готовится контракт. Но по тому, как руководство станции относится к делу, думаю, что и заключение контракта выльется в длинные и нудные переговоры.

Надеюсь, я доходчиво показал, как в организационном плане проходили работа в начале SIP и последние два- три года. Можно сравнить и сделать свои выводы.

В завершение. В апреле 2002 года я составил информационную справку о состоянии объекта «Укрытие», разослал её в Минтопэнерго, МЧС, Кабмин, в чернобыльский Комитет Верховной Рады.

Я приношу свои извинения за цитирование самого себя, и что цитата не маленькая, но всё, что написано мной в 2002-ом году актуально и сейчас в 2006-ом.

«Сучасний стан справ на „Об’єкті „Укриття” не задовольняє нікого: ні владу на всіх рівнях в Україні, ні західних вкладників, ні персонал „Об’єкту „Укриття”. З яким оптимізмом все починалося в 1997-98 роках. Були зібрані кошти, за півроку були проведені міжнародні тендери та сформовані 5 міжнародних команд з вирішення завдань SIP, відремонтована опора витяжної вежі, застабілізованні балки перекриття ОУ, було розпочато будівництво майданчика для виконання стабілізаційних робіт, та все це поступово було припинено і в даний час справа тоне в паперах, нарадах та консультаціях. Чому так сталося?

З самого початку в Україні не була створена дійова вертикаль управління цим проектом. В 1997-98 рр створенням міжнародного Чорнобильського Фонду „Укриття” від України займалися пан Л. Кучма та пан Ю. Костенко. В той час, коли Міністром екології був пан Котсенко, діяла міжвідомча Рада експертів. Був прямий вихід через Міністра на Адміністрацію Президента і самого Президента. З відставкою Ю. Костенко з посади Міністра екології була ліквідована і ця владна вертикаль, яка була побудована на особистостях. Ні Міністерство енергетики, ні Міністерство екології не очолили процес реалізації прийнятого плану щодо перетворення „Об’єкта „Укриття”, більш того, починаючи з 2000 року фактично був ліквідований підрозділ Чорнобильської АЕС „Об’єкт „Укриття”. Таким чином, починаючи з 2000 року в Україні не залишилось ні структури, ні особи, яка б несла якусь відповідальність тільки за ОУ. Робота з перетворення „Об’єкта „Укриття” для керівників усіх рівнів перетворилась в одне із багатьох доручень. Було остаточно втрачене управління цим проектом з боку України.

Що потрібно зробити?

Поновити управління проектом, насамперед, з боку України. Відновити відокремлений підрозділ (або юридичну особу) „Об’єкт „Укриття”. Вирішити його підрядкованість в Зоні відчуження. Комплекс робіт у Зоні відчуження давно вже потребує управління із одного центру. Подолання наслідків Чорнобильської катастрофи потребує зосередження всіх важелів впливу в одних руках (одному відомстві).

Після створення чіткої вертикалі влади в України наступний крок – створення системи взаємодії Асамблеї донорів, Робочої групи з ядерної безпеки та Української структури. Завжди потрібно пам’ятати, що при реалізації Плану SIP існує об’єктивне протиріччя – іноземні кошти, українські норми, правила та українська дійсність. Донор має право і обов’язок знати та не допускати нецільового та неефективного використання його коштів,тому установчими документами, Рамкової Угодой ,був створений Спільний комітет, який так і не зміг розпочати свою роботу.

Таким чином, без створення ефективної структури управління цим міжнародним проектом, подібного якому немає в світі, не можна чекати успішного перетворення „Укриття” у безпечний стан».

Конец цитаты.

 

Окончание в следующем номере

Опубликовано «ПЧ» № 3 (51) февраль 2007

Запись была опубликована: glavred(ом) Четверг, 22 февраля 2007 г. в 16:53
и размещена в разделе Статті.
Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0.
Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

 

Полный анализ сайта